Диалоги со Смертью… о жизни

И я вдруг в глубине её глазниц, на первый взгляд кажущихся пустыми, увидела глаза… Необычайные глаза… Невероятной красоты… В них были оттенки всех цветов одновременно. Голубые, светло-зелёные, тёмно-синие, карие и в центре чёрные, смоляные… Я замерла и забыла обо всём на свете. Только вглядывалась в них. Они были добрыми и насмешливыми. Строгими и мудрыми. Ироничными и сочувственными. Я никогда и ни у кого не видела таких глаз…

Её слова отвлекли меня.

Она заговорила, и глаза пропали, оставив только пустые глазницы:

– Пиши, пока есть время.

Она исчезла так же внезапно, как и появилась. А я ещё долго сидела на кухне и смотрела на остывший чай. После больницы и тяжёлого лечения у меня остался страх… Но сегодня он пропал. Бесследно исчез… Мне кажется, именно сегодня состоялось самое важное в моей жизни знакомство…

В тот вечер я смогла написать на листке только слова Бродского, которые немного перефразировала:

Всё это абсурд, враньё…

Череп, скелет, коса.

Смерть приходила,

И у неё добрые были глаза…

История вторая

Я смерти не боюсь

– Меня никто не любит. Никто никогда не ждёт. Как мне всё это надоело… Ты даже себе не представляешь! Мне поговорить-то, кроме тебя, почти не с кем!

Она прошла в комнату, скинула свой чёрный рабочий балахон. И села на диван, по-детски поджав ноги.

Я, признаться, не часто видела её в таком состоянии. Точнее, в первый раз. Она была расстроена.

И было отчего… Её работе явно не позавидуешь. Я искоса поглядывала в её сторону так, чтобы она не заметила.

Она сидела на диване в чёрной майке с длинными рукавами и чёрных штанах. Иногда она снимала свой балахон и надевала обычную одежду, но крайне редко. Я пробовала отучить её от этого тривиального чёрного цвета. Бесполезно. Упёрлась. Говорит, что все остальные цвета ей не к лицу… Ну, я и не спорю. Обходилась же без моих советов всё время…

Мы дружим с ней уже два года.

– Вот скажи мне, неужели я действительно, такая страшная? – она прерывает мои размышления и спрашивает жалобным голосом.

Я смотрю в её пустые глазницы, на голые кости, и, не моргнув глазом, говорю:

– Ну что ты… Конечно нет! Ты добрая…

Она с надеждой смотрит на меня и пытается улыбнуться.