Горький вкус поцелуя

Я люблю золотую осень,

Когда дождь, во дворе темно,

Когда листья резные сбросит

Старый клён под моим окном.

Долго кружатся листья в танце,

Оттеняя от солнца луч,

Полюбуюсь осенним вальсом

И с тобою домой вернусь.

Я люблю золотую осень,

Когда лес сбросит свой убор

И в сверкающей позолоте

Вся земля – осени узор.

Когда птицы кочуют к югу

И последние, тёплые дни.

Золотые дни помнить буду,

Очень дороги сердцу они.

    2 сентября 1996 г.

Брак по расчёту

Знаю я, что счастлива не буду.

Жизнь моя прокиснет, как салат.

Только я тебя не позабуду,

Пусть стоит печать, что ты женат.

В один голос говорят подружки:

«Не грусти. Тоске твоей конец.

Соберёшь в приданое подушки

И с другим поедешь под венец.

Ни к чему грустить младой невесте,

Не жених достался – сущий клад».

Но глаза мои на мокром месте:

Не лежит душа, пускай богат.

Отгуляем свадьбу – серу,

Ляжем в брачную постель.

Пред тобой в костюме Евы,

И начнётся канитель.

Пусть отдам тебе я тело,

Только душу не отдам.

Солнце встало, солнце село.

Отлетят мои года.

    13 сентября 1996 г.

«Развалины в душе моей, разруха…»

Развалины в душе моей, разруха,

И жизни плот, разбитый на волнах.

На вид – семнадцать, а в душе – старуха,

Я счастлива, любима только в снах.

Я не могу встречаться из расчёта,

И пусть он добр, корректен и красив,

Но жизни плот увязнет с ним в болото,

Я не могу быть с ним, не полюбив.

Мне загляните в душу – вся на ранах,

Истерзана страданием немым.

Расчёт без чувства, подлые обманы

Не для меня. Расстанусь скоро с ним.

    14 сентября 1996 г.

«Осень дождливая. Тучи над городом…»

Осень дождливая. Тучи над городом.

Солнце листву золотит не спеша.

Как это время любимо и дорого,

Как по нему изболелась душа.

Памяти дороги чувства прошедшие.

Жалко, ту осень уже не вернуть.

Как и тогда, кружат листья сгоревшие,

С птичьими стаями тронемся в путь.

Жаль, не вернуть всех друзей, мной утраченных.

Вместе собраться уже не дано.

Бисером слёзы текут. Это плачу я,

Глядя в залитое влагой окно.

    16 сентября 1996 г.

Запретный плод

Их много было… Всех их вспоминать

Мне ни к чему… К чему же точность эта?

Одно объединяло всех – кровать,

Где те любить желали до рассвета.