Вторник, №20 (39), март 2022

В метро, на работе, в магазине, на остановках и даже в тусклых стёклах проезжающих мимо машин – всюду неслись какие-то особенно грустные и оголтелые лица. Под ногами оказывались то лёд, то несусветная грязь. Внутри меня всё тоже окоченело, если не сказать: окочурилось. Мне было так устало, так морозно и тяжело, что даже странным казалось, какие это такие силы вдруг донесут меня до дома, нальют мне чай, положат в постель; какие это такие силы заставляют шагать по мелким растекающимся ступенькам до каждого сантиметрика знакомого перехода между Чеховской и Тверской?!.

…Загудел телефон! …Иногда человек так срастается со своим мобильным устройством, что, совершенно не задумываясь, носит его в руке и, не задумываясь же, нажимает на заветную кнопку.

Так же нажала и я, даже не отметив в своем сознании, что разговариваю по телефону. Машинально услышала необычайно низкий мужской голос (тягучий, поставленный бас) и очень странную фразу:

– Я хотел бы пригласить вас на кладбище… На Николо-Архангельское… Завтра… Во второй половине дня!.

.

И вот тут, в сколь бы усталом и грустном состоянии я ни была, эти фразы включила остатки моего ещё не вымерзшего от нещадных морозов мозга.

– На кладбище?.. Как?..

– Вас это удивляет?.. А я думал, что таким предложением вас-то уж никак не смутить!

– Да нет… Не вижу в этом ничего особенного, – ещё более удивляясь, но предпочитая закрыть тему, заметила я. – Но там же холодно!

– А я люблю холод!

О чём дальше продолжался наш разговор, не помню, но на кладбище мы всё-таки не пошли.

Казалось диким идти туда с совершенно неизвестным мне человеком. Кажется, я предложила ему пойти вместо Николо-Архангельского на Новодевичье; на это мой незнакомец ответил, что не любит некрополей, где хоронят лишь знаменитых, и что ему куда более нравятся истории обычных человеческих жизней.

* * *

Уже поздне-вечерний наш разговор был куда более язвителен и откровенен. Он просто спросил, что нужно мне подарить, чтобы как можно скорее затащить меня в постель: шубу, золото или бриллиантовое колье… И получил весьма огорчивший его ответ, что ничто подобное меня не интересует.

– Тогда попробуем с другой стороны, – временами его бас срывался на весьма омерзительный тенор. – Даже самые достойные женщины не лишены тупейшего женского жеманства. Им обязательно надо, чтобы за ними поухаживали, поводили по ресторанам, в кино…

– Кино просто ненавижу! – не выдержала я. – Мне куда более нравятся театры.