Мы люди… Разлом

Прения отдаляли их друг от друга до опасной черты, за которой мог наступить окончательный разрыв. Это произошло после повторного отказа Регины хотя бы немного погостить у них с ребенком.

В конце зимы Казимир уехал с сыном хлопотать о его трудоустройстве и занялся перевозкой необходимых для молодой семьи вещей в Варшаву. Маленький Роман уже делал свои первые самостоятельные шаги, улыбаясь беззубым ротиком, вызывая радость и восхищение окружающих. Так готовился отъезд молодой семьи Грушевских к новому месту проживания.

Неожиданно для всех Карина заявила, что тоже поедет с ними.

Молодая зелень покрыла деревья, газоны, кустарники, уже прогремела первая весенняя гроза, наступили теплые дни. В эту пору от дома Грушевских отъехало три экипажа. Старшие Грушевские направлялись в свое небольшое имение недалеко от Варшавы. Решение о переезде они приняли после совета ксендза, когда тот был у них в гостях на Рождество. «Послушайте, дорогой Казимир, – сказал он, – грядут очень тяжелые времена для многих наших прихожан, для Польши и Кракова.

Если есть возможность ухать ближе к Варшаве, уезжайте по весне». Казимир доверял ксендзу и понимал, что под тяжелыми временами священнослужитель имеет в виду войну. После того разговора Казимир под разными предлогами стал переправлять все драгоценное в их небольшое имение недалеко от Варшавы. Это решение стало большой неожиданностью для их детей, больше всего этому обрадовалась Карина.

2

В редакции Вацлаву было предложено эвакуироваться из Варшавы, определиться на новом месте, попытаться создать там филиал предприятия и распространять газеты.

Он дал свое согласие и, несмотря на недовольство жены, объявил, что они уезжают. По совету родителей было решено ехать в имение некогда вельможного пана Грушевского, на владение которым Вацлав недавно восстановил свое право. Родители решили остаться в своем небольшом имении, Карина тоже отказалась ехать, у нее был период устройства личной жизни, да ей уже изрядно поднадоела Регина с ее сложным характером.

Утром, попрощавшись с родителями, Вацлав с семьей и няней на двух экипажах отъехали от своего особняка. Все ощущали грусть и затаенный страх от неизвестности предстоящего пути. По просьбе Казимира их взялись проводить за Вислу двое его доверенных людей, которые хорошо знали дороги. Им удалось провести экипажи мимо нескончаемого потока колонн пеших и конных солдат, артиллерийских орудий, повозок беженцев. На подъезде к Висле они с трудом встроились в общий поток.