Восшедший в небеса

Покайся! Милый согрешил,

Конечно, не грехом ко смерти,

Но лучше, чтобы Бог простил,

И завоют в страхе черти.

Господь, прости мне суету,

Работа, встречи и забота,

Не помнит он уже про ту,

Которая спасла с болота.

Прости! Тебя он навестил,

Поговорил насколько можно,

Цветов жене уж накосил,

Понятно: всё очень серьёзно.

Дома враг с поездки ждал,

Сети ведь все расстелили,

Но никого он не поймал,

И бесов грубо «застрелили».

В степной монгольской стороне,

Среди людьми забытых сопок

Заехал к Богу на машине,

Чтобы отдать грехи раскопок.

Трудно в этом мире жить! Всё работа, забота, суета вот, красота прошла. Надо понять: Бог с тобой! Он тебя сопровождает. Иль болеешь, или спишь, иль с молитвою стоишь – Он тебя запоминает. Когда не верит кто в Него, Он насильно мил не будет! Он попустит, и его дьявол вовремя раскрутит. Воля свободная у нас, и выбор очень небольшой: не хочешь вверх, иди-ка вниз, там выполнят любой каприз.

Свободная воля человека – право выбора, куда идти.

Бог поругаем не бывает, но кто от этого страдает?

Отношения

Познакомились весной.

В армию ты проводила.

Просто, скромно, невзначай

Помахала и – прощай!

Годы сложно пролетали,

Мы порой себя не знали,

Но как-то вместе ночевали

И наши страсти проявляли.

Стало ясно лишь одно –

Это новое кино,

А актёры словно в сказке

И живут, как по привязке.

Где собрались, там и спят,

Словно двое поросят,

Отряхнулись и пошли,

В дом к себе так не зашли.

На званый праздник у подруг

Пришёл желанный её друг.

Все красиво веселились,

А за тем и спать ложились.

Через девять месяцев

Жить уж было весело!

Коляска, дом и магазин,

И у родителей ещё один.

«Отец» спокойно отошёл,

Жену себе он не нашёл.

Подруга что-то понимала,

Чей мальчик, так и не сказала.

Пришёл солдат.

А здесь расклад-то боевой.

Наверняка она «любила»,

Семью создать с ним позабыла.

Солдат подумал – всё простил

И в институт он поступил,

Ей не хотелось дальше жить,

Но надо было пережить.

Собралась и уехала. И что-то здесь наехало: сомнения, печали сердце разрывали, слёзы донимали, спокою не давали. Однако шум стоял в ушах, ребёнок их и грех двоих. Хорошо ему живётся! Сын растёт, а он трясётся.