Вольный стрелок

Стоящий на пороге храма имам, солидный мужчина с благородной проседью в бороде, издалека заметил знакомого ему воина и, широко раскинув руки, двинулся навстречу улыбающемуся Ушаеву. Они, словно лучшие друзья, трижды обнялись, ведь объятья – это возможность без слов продемонстрировать человеку своё расположение и подарить ему душевное тепло. Облобызав друг друга, они перешли к рукопожатиям и, почтительно склонив друг перед другом головы, долго трясли сомкнутыми ладонями.

Завершив процедуру неизбежного мусульманского политеса, Ушаев облегчённо вздохнул и направился ко входу в мечеть, а имам незаметным движением руки переправил в карман зажатую в кулаке маленькую серебристую флеш-карту.

Богоугодное действо свершилось, и в ближайшее время на принадлежащий чеченцу офшорный счёт будет перечислена очередная сумма, а флешка уже этим вечером пересечёт турецкую границу и ещё через сутки доберётся до конечного пункта своего назначения – до штаба командующего джихадистским фронтом Ариана аль-Кунари по кличке Рэмбо.

Послание от Синдбада (именно под этим сказочным именем Ушаев числился в списке агентуры Рэмбо), оснащённое подстрочным переводом, легло на стол полевого командира вместе с увесистой стопкой фотографий людей, прибывших в Хмеймим на прошедшей неделе. Прочитав присланные донесения, тот довольно хмыкнул: сведения о людских потерях и ущербе, нанесённом авиабазе в ходе последнего налёта, подтверждали уже имеющуюся у него информацию. Убрав распечатанные листы в специальную папку, Ариан сомкнул веки, давая глазам немного отдохнуть.

Он воевал более сорока лет, и сам аль-Кунари был уже далеко не молод. Вся его жизнь стала одной непрерывной войной. Сейчас ему было за шестьдесят, почти все друзья его лихой молодости, те, с кем он когда-то начинал свой джихад, уже давно расслаблялись в компании прекрасных гурий, красавиц с потупленными взглядами. Сам Рэмбо пока туда не торопился, у него ещё хватало сил достойно продолжать свой земной путь, но возраст неизбежно брал своё.

Он решил, что будет бороться с неумолимо приближающейся старостью до самого конца. Правда, в народе говорят, что она всегда приходит внезапно, как ночной снегопад в горах. Однажды утром встаёшь и видишь, что всё вокруг бело…

Ариан распахнул глаза и взял в руки стопку фотографий, присланных для пополнения картотеки, заведённой им год назад на обитателей Хмеймима. Почти все они сопровождались пояснительными записками, составленными Синдбадом.