Сбор клюквы сикхами в Канаде

Если ему что нравится, говорит «нарський» – от «нарвский», что ли? Не понравится, пихнет локтем, обзовет психовной, а?то потребует «Ответь за галстук». На это надо говорить:

Не тронь мою селедку,

Не то получишь в?глотку.

Не тронь рабочий класс,

Не то получишь в?глаз.

Это Микину женскую-среднюю слили с?хулиганской мужской. Раньше в?женской на переменках набегали друг на друга классы, стенка на стенку, пели: «А?мы просо сеяли, сеяли» – «А?мы просо вытопчем, вытопчем», но теперь запретили некультурные игры, теперь в?коридорах драки до крови, девчонок дергают за все места и?ругаются непонятными словами.

Классный руководитель оставила после уроков одних девочек и?говорит: «Безобразие! У?девочек видны штаны!» А?потом созвала общее собрание и?говорит: «Безобразие! Класс резко делится на мальчиков и?девочек!» – и?посадила самых липучих подлиз с?самыми нахальными хулиганами. Теперь подлизы все время дают отпор: «Нехорошо тебе, Иванов!», а?хулиганам все равно хоть бы хны, их могила исправит, у?них чуб, оскал, прищур.

У?них на все один ответ: «Отзынь на пол-лаптя!»

Страшно идти: могут побить. То ли дело раньше в?женской: максимум проблема кос, косы обязательно, стрижка – вроде позора. Лиза Калитина по женской школе скучает.

А?Мику настигло, как мешком по голове тюкнуло. Почему-то она заобожала училку – их классную. Училка распределяла справедливость, хотелось быть к?этому поближе, и?Мика лезла выслужиться наперебой с?другими. Позже она поняла, что справедливость тут ни при чем.

Потому что в?той школе был один – всего один, но был – справедливый учитель, математик, который все и?вся видел насквозь. Это был бывший штурман авиации, контуженный на войне. Но он-то как раз и?не возбуждал никакого обожания, поскольку был ясен, краток, строг и?снисходителен. А?училка, крашеная блондинка с?толстыми щеками кувшинчиком, практиковала с?учениками непредсказуемость и?загадочность: надо думать, что это была власть в?чистом виде, и?эта власть ей нравилась, поэтому так и?действовало. У?Мики скоро прошло, а?многие целый год ходили как зачарованные.

Тут было много нового.

Например, ужасные мальчики. Лбы у?них низкие, учиться они не могут, неизвестно, знают ли буквы. Дерутся неукротимо, ходят в?синяках и?царапинах, такие комки злобы, их все время ругают. Есть еще жуткий второгодник, мерзкий и?жирный, он самый большой и?бьет остальных. Всем им светит тюрьма, как твердит училка, хотя это четвертый только класс.