Океан и небо

Небо над нами устало роняет зимы

Прикосновением марта и февраля.

Утро в ладони теплее рассвета. И мы

Все таки пойманы в сети календаря.

Небо над нами – до дрожи безмолвные грани,

Густо вплетаются в волосы вместо лент.

Тысячи солнц твоих льются – хватаю глотками,

Чтоб ощущать каждой клеточкой этот свет.

Чтобы потом по карнизам и стёклам, тая

Ночь стекала, пуская по венам ток.

Небо над нами одно. Безвозвратно врастаю

Под запятыми, и солнцами между строк.

Гравитация

Ритм

твоих

планет

неудержим.

И гравитация

силы неимоверной,

звездам моим

темным, давно погасшим

без приговора

на «Самосгорание»,

вверена;

наверное,

чтобы просто

существовать им;

вверена,

чтобы просто

не рассыпаться.

Я везде нахожу тебя

Я везде нахожу тебя: возле

переулка; за стеклами птицы

так стучат; между буквами проз, ли

обгорающих стихотворений,

где меньше рвений,

чтобы встраиваться и не злиться,

в условиях жизни,

чтобы в ней проливаться рассветами.

Меньше мнений

остается меж буквами проз, ли

стихотворений;

что врываются сразу,

как я нахожу тебя, возле

переулка, стены?, в телефоне,

в своих мыслях летающих

на очередном

пантеоне.

Даже в каждом чужом прохожем

немного; а мне же

та и музыка не оставляет и шанса, вовсе,

чтобы там на диез

не находить.

Похоже

это зарезервировано

всеми из струн.

Я везде нахожу тебя,

жду тебя выдохом лун.

Я везде нахожу тебя,

значит

ты есть

во мне.

Сердца семи октав

Тебе и прочим пророчат все на затишье

Быть первым из тех, кто слег и поник, и стих.

А ты убегаешь в даль не теряя крыши,

И проигрыша не приветствуешь – цел и лих.

Ворвётся без стука глух, обрывая перья,

Клокочущий ветер, крылья в пылу сломав;

Там стужа бесчинствует, болью танцует. Верь я

Тебя согреваю

сердцами

семи

октав.

Провода обрываются

Дым. Провода обрываются разом.

Все выгорает, плавится и искрит.

Я не дышу. И воем одной из строк,

Мир проливается криками от обид.

К черту мосты: все так пусто. Там гаснет свет,

Лед обнажает все страхи и бьет в ребро.

Вдохом ломаются прозы; но до планет

Только твоих дотягиваюсь все равно.

Чувствуй же облака! На моем листе

Завтра не будет мест и я заживу.

Ты – все мои «люблю» в этом долгом сне.

Ты – все мои «летаю», «дышу», «живу».