Экспресс. Сборник невыдуманных историй

В моем воображении рисуются всевозможные пируэты Хозяина с Шерханом, и я, в предвкушении каких-то не собачьих возможностей, поворачиваюсь к Шерхану.

– Вроде нет, – отвечаю я.

– А мой знает «иди сюда» и «садись», – гордо заявляет великий дрессировщик.

Я успокаиваюсь и лихорадочно думаю о способностях Боси – не могу вспомнить, что же мы можем знать, и вдруг меня осеняет:

– А моя умеет петь!

Чтобы не быть голословной, включаю на телефоне латиноамериканский музыкальный шлягер. С надеждой смотрю на Босю, рассчитывая, что та меня не подведет и нам удастся произвести фурор.

Но Бося продолжает увлеченно тявкать на Шерхана и на песню не обращает внимания. Хозяин и Света стоят над нами и с нетерпением ждут соло. Ожидание затягивается. Я еле терплю до припева песни, где берутся протяжные, горячие ноты…

Щас споет…

Бессовестная Бося нагавкалась, высунула язык и тяжело дышит. Мерзавка! Темпераментные аргентинцы допели. А мы потерпели фиаско. Я злюсь на свою собаку.

Спускаю ее на землю и хочу слегка подпнуть ногой за предательство. Но на меня смотрят Света и торжествующий хозяин Шерхана. Я старательно имитирую улыбку.

Шерхан подбегает к Босе. Та кокетливо прижимается к моей ноге.

– Не бойтесь, он кастрирован, – опять зачем-то повторяет склеротичный Хозяин.

Шерхан остановился и медленно оглянулся на Хозяина.

«Дурак», – с грустным упреком, я знаю, подумал он.

«Неудовлетворенный», – уже точно подумала я.

Мужчина, решив, что променад с питомцем закончен, развернулся и пошел к выходу из парка.

Не преминув напоследок показать нам с Босей, что мы лузеры. Похлопав себя ладонью по ноге, бросил Шерхану: «Иди сюда!» – и гордо посмотрел на нас, когда пес послушно подбежал и ткнулся мокрым носом в руку хозяина.

Мы втроем невозмутимо сохраняли молчание.

Шерхан, опустив голову и хвост, пошел вслед за удаляющимся Хозяином. Нескладно согнувшись, с презрением оглядевший двух проходящих мимо женщин, Хозяин шел, задумчиво глядя себе под ноги.

Шел, размахивая уже не новой авоськой, из которой одиноко выглядывал батон, купленный в булочной через дорогу.

Сестра

Всегда считала свою сестру легкомысленной. На неприятности она не обращала внимания. Все время в хорошем настроении, веселая улыбка, задорный смех.

– Ты когда-нибудь можешь быть серьезной?

В ответ недоуменное пожимание плечами и все та же беззаботная улыбка.