Принц и Ницше, или Всегда говори «никогда»

Инспектор коротко протараторил приветственную речь, которую сам не понял, – он вкрадчиво рассматривал обстановку внутри авто, настороженно заострив внимание на еще дымящейся в крыше дыре.

– Предъявите техпаспорт и водительское удостоверение, – четко проговорил инспектор.

Напарник зашел с другой стороны, тихо лязгнув предохранителем.

– Только один документ.

Алекс, еще немного приспустив окно, неспешно приоткрыл недавно полученную ксиву, поскрипывающую пахучей новой бумагой, но не выпятив ее в окно, а оставив на уровне ручки переключения передач.

Инспектор вцепился в ксиву внимательно-недоверчивым взором.

– Старшой, а мои документы не хочешь посмотреть? – давил всей высотой своего звания полковник.

– Вы не водитель, – грубовато отрезал инспектор, смотря то на Алекса, то в ксиву, ища «десять отличий».

Полкан извлек удостоверение из кожаного портмоне таким движением, каким даже Цезарь не разворачивал свиток пергамента, сообщающий о падении Карфагена.

– Сюда смотри, старшой.

Полковник двумя пальцами неспешно приподнял открытую ксиву, из которой ослепительно засиял звездами с погон, и перевел взгляд в свое окно, как будто там было нечто более интересное, чем унижение подчиненных.

Инспектор взглянул на фото, название ведомства и фамилию, а двуглавый орел отрицательно покачал обеими головами – «даже не рыпайся, старшой». Инспектор перевел проигравший взгляд на статный, благородно налитый профиль полковника – для совершенно ненужной галочки сверил изможденное службой и ее благами лицо на фотографии с лицом, ксиву предоставившим.

А Полкан, не теряя драгоценного пьяного времени, демонстративно протянул бутылку Алексу – пей. Алекс богато влил в себя чудодейственный янтарь, не морщась. Лейтенант обвел всю компанию взором, переполненным концентрированным презрением и настоявшейся злостью от бессилья, фальшиво отдал честь и ушел к заснеженному посту.

– Упертый дэпсик, вообще краев не видит, – негодовал Полкан.

Алекс резко дал газу, закоптив полированный серо-голубой воздух.

– Да это мой косяк: у меня щетина и я не совсем при параде. А эта ксива обязывает.

– Эти пидоры должны упор лежа принимать при одном ее виде, – отрезал полковник, махнув угрожающе бутылкой и несколько драгоценных капель обронив на сиденье.

– Письками будете меряться при каждом удобном случае? – съязвила Алена.

Все стихли. Но через мгновение мужчины рассмеялись. Семка – только с разрешения полковника: смеется начальник – смейся и ты.