Евангелие от стихоплёта

Что да, то да – общеизвестно,

В веках обычай был таков:

Молва превозносила честно

Людей великих и богов.

И, преклоняясь, наделяла

Их списком длинным чудных свойств,

Что их от прочих отличало

И славой в летах разнеслось.

Но случай наш – особый случай! —

Великий замысел Отца —

Спасителем послать на Землю

Вполне земного молодца,

Что будет выношен, как надо,

Во чреве женщины простой,

Понесшей от святого Духа

Во имя цели пресвятой.

Предназначенью сообразно,

Служа Отцу свой краткий век,

Он путь к спасению укажет,

Сын Бога – Богочеловек!

Итак, в предместье Назарета,

В сторожке пастбища простой,

Седьмого января с рассветом

Явился миру Сын Святой.

Мария-дева разродилась

На третьи сутки жутких мук,

При этом плевой удивила

Нетронутой двух повитух.

И в этом (скажем без смущенья)

Мы видим чуда дивный акт —

Святого Духа утвержденье

Во чреве девы. Это факт!

Но тут опять гроза подвоха —

Читатель вредный мой скулит

И мне наукою грозит —

Мол, знаю медицину плохо.

Мол, случаев найдёт он с тыщу,

Беременных – примером – тьму

Со плевой крайне эластичной

И целой (после) потому.

Что живчик, мол, сперматозоид

И так себе пути найдёт

К зело желанной яйцеклетке,

Что своего участья ждёт.

Ох, вредный дока-искуситель,

Твоей повадкой правит Бес!

С наукой скользкою своею

Туда ли ты без спросу влез?

Да! Знаем мы, что исключенья

В последствиях соитий есть.

Но надобно тебе учесть

Суть таинства ТОГО (!) рожденья.

Кто доказал, скажи-ка честно,

Что-де наука отменяет

Или (тьфу-тьфу!) с собой ровняет

Святого Духа чудо-действо?

Вот то-то! Знай вперёд, невежда,

Что только верой мы сильны!

Науки ж все – от Сатаны,

Чтоб совратить на Дух надежду.

Однако ж – к теме! Появилось

На свет чудесное дитя

Во след роженицы мученьям

И – трудно, будто нехотя.

Болезнен, слаб, в нём весу было

Всего кило и девятьсот,

Старухи-повитухи бились

Со смертью за его живот.

За жизнь свою с мгновений первых

И сам младенец был в борьбе —

Душа его сопротивлялась

Рожденью, зная о судьбе.

Томилась тем, что предстояло

Веленьем Господа свершить —

Ценою жизни человечьей

Победой битву разрешить.

Но, не решаясь прекословить,

Душа смиренно приняла

Свою судьбу и Иисуса

В мир человеческий ввела.