Что наша жизнь?

Два раза в неделю надо было посещать бассейн и спортзал. В штабе я был самым молодым офицером, с удовольствием плавал и играл в волейбол. Иногда после занятий еле хватало сил добраться до дома.

В бассейне была десятиметровая вышка для прыжков в воду. С неё почти никто не прыгал. Иногда нырял человек квадратной формы. Невысокий и плотный, по званию майор. Как-то он заговорил со мной и настойчиво предложил нырнуть.

В армии жизнь немного обесценивается и безрассудные поступки совершаются легче. Когда я забрался на вышку и посмотрел вниз, то с удивлением обнаружил, что размер бассейна существенно уменьшился.

Для прыжка надо не только преодолеть страх, но и не промахнуться мимо воды. Этот факт меня сильно озадачил.

Снизу подбадривал майор. Надо было прыгать, дабы не запятнать честь офицера. Чтобы не вылететь за пределы бассейна, решил не отталкиваться ногами. Прыгнул вниз головой: «рыбкой». В воду вошёл под некоторым углом. В воде моё тело сильно изогнулось назад. В позвоночнике ощутил довольно сильную резкую боль.

Пока всплывал на поверхность, боль прошла.

Майор порадовался за меня и сказал, что успех необходимо закрепить. Я уже понял свою ошибку. Войти в воду под прямым углом полдела: под водой важно не допустить гидравлического воздействия на позвоночник. Вода должна плавно обтекать тело. Второй раз я прыгнул «солдатиком». Вариант оказался оптимальным.

В дальнейшем при встрече в бассейне, квадратный человек предлагал мне понырять. Чаще я отказывался, так как уже не боялся прослыть трусом.

Потом майор куда-то пропал – это часто случается с военными людьми.

Пустые бутылки

Когда я учился в 4 или в 5-м классе нам предложили полетать на самолёте над малой родиной: домом и школой. Стоимость мероприятия составляла 25 рублей с ученика. Немалые деньги по тем временам. Поэтому я заранее смирился с отказом родителей финансировать полёт. Но они его оплатили. Аэропорт «Ржевка» (приватизирован и окончательно закрыт в 2006 году) находился совсем рядом. К назначенному времени автобус подвёз нашу группу к самолёту Ан-2.

Индивидуальных сидений не было. Вдоль бортов длинные металлические скамейки. Сидеть надо было спиной к иллюминаторам. Когда взлетели, то откуда-то выкатилась и стала с грохотом кататься по салону пустая бутылка. Я пытался ногами её поймать, но из-за тряски и манёвров самолёта это не удавалось. Руками при этом надо было держаться за скамейку. Кто-то закричал, что увидел свой дом. Я стал смотреть в иллюминатор.