Детям о любви

Дед Николай был нелюдимым, все больше дома сидел да свистульки – сопелки из дерева вырезал, соседка их потом раскрашивала и на рынке продавала. Хоть какая то копеечка.

Все бы ладно, да только громких звуков старик не переносил, стоит ребятне расшуметься на улице, выскакивал, клюкой грозил и ругался. Порой даже из пугача в воздух стрелял. За что пацаны ему мстили, то калитку с петель сорвут, то свастику на сарае нарисуют или в почтовый ящик крапивы насуют. Старик сослепу жжется, чертыхается, дурням весело.

Сын деда Николая жил в соседнем городе, сильно переживал за отца, звал к себе, но старик отказывался из деревни уезжать.

Скоро у старика появился помощник. Прибился ко двору черномастный щенок дворянской породы, юркий, шныряет туда- сюда, играется. Старик глаз свой единственный щурит, старается его разглядеть:

– Что ж ты как муха носишься, неугомонный, а ну постой на месте, дай тебя увидеть, какой ты.

Так и дал щенку имя Муха.

Собачка та вместо глаз старику стала, поводырём ему служила.

Повяжет Николай поводок ей на шею и ходит по улице уверенно. В аптеку, в магазин, куда угодно. Муха вышагивает гордая, при важном деле, хозяина ведёт, охраняет, да на шпану уличную злобно порыкивает. Теперь никто не осмеливался старику вредить. Муха хозяйство берегла, от калитки и от сарая хулиганов отгоняла.

Только злобы у пацанов много против старика накопилось, решились они на подлость. Набросили старое одеяло на Муху, повалили, сначала палками били, а потом скинули в деревенский колодец – решили, утонет.

А что вода отравленной в колодце станет, глупцы не подумали.

Только Муха живучая оказалась, до ведра колодезного кое-как добралась, передними лапами в него вцепилась и завыла. Горько и страшно завыла Муха. Пока люди ее вытаскивали, бедняга потеряла последние силы, окоченела от холода и боли.

Но старик ее в постели горячими бутылками с водой отогрел, на ощупь выкормил, как с ребёнком нянчился.

Выздоровела Муха. Но охромела, задняя перебитая нога неправильно срослась.

Больше никто из мальчишек старику не вредил, получили они от отцов ремня за испорченный колодец да за избитую собаку. Только колодцем местные с тех пор не пользовались, брезговали, шли за водой на дальний.

Постепенно все плохое забылось.

Жили-были, горя не знали полуслепой старик и хромая собака – поводырь.

Только однажды старику стало плохо. Отвезли Николая на скорой в районную больницу. Муха осталась одна.