Сердцевина

Я мою рот с мылом дабы найти свою нишу

Может в Берлине, Париже, Бр?столе,

Может там, где одинокие люди друг другу пишут…

Но нашла лишь заброшенную пристань.

Я мою рот с мылом!…Довольны?!

Да горите ваши указы с гнилыми сердцами!

Пропадите пропадом! Вольно!

Жаль, что очевидное- вы всегда отрицали.

Я сдираю зубы за то, что живу, и прошу заметить:

Сломленные падают к тем, кто толкает.

И жаль, что я не смогу вам больше ответить.

Извольте простить, пузыри мешают.

Твой талант

У тебя есть талант-

Оставлять следы от помады.

А после, с легкой отрадой,

Проводить судьбоносный диктант.

Ты шепчешь- у меня мурашки.

На локтях, коленках и ладонях.

Ты шепчешь о бесстрашных погонях,

И вытираешь помаду с рубашки.

Ты самый зверский змей искуситель,

А я очередной твой плод.

Ты- дёготь, я- мёд.

Ты- актёр, я- увы, только зритель.

Ты стала личным сортом слабости.

Личной сигаретой для человека с астмой.

Из звучащих букв- ты стала согласной,

Не давая простору краткости.

Ты все ещё текст под диктовку читаешь,

А я рыдаю, не видя мерности.

Ведь в тексте нет ничего о верности.

Там говориться о том,

Как ты

Меня

Убиваешь.

Текст, в котором я жив

Я вновь упал в поток течения,

Где ваше хрупкое сомнение,

При жажде к сердцу мне прильнуть,

Стремглав пробило мою грудь.

И вы не обещали толком,

В знак помощи подать ладонь.

Но я не знал, о вашем слове колком,

И о способности раздать огонь.

Вы стали моим черно-белым фильмом,

Вы стали безутешным блюзом.

С таким привычным мне мотивом,

Завязанным в лист и скомканным в узел.

Кружась на угольном пепелище,

Я собирал нашу короткую вечность.

Внутри становилось все слаще и чище,

Я чуть-чуть разглядел бесконечность.

Написав пару сопливых строк на иврите,

Прочитав вверх ногами статью,

Я понял, что мечтаю жить на орбите,

И давать пришельцам каждый день интервью.

Я хочу жить в «Унесённые ветром»,

Или в сказке про королеву из снега.

Где со мной гуляли бы Кай и Герда,

И я бы не жаждал в заточении побега.

Но я вновь падаю в поток течения,

Где ваше хрупкое сомнение,

Заставляет притворяться волком,

И в стоге сена искать иголку.

Оно заставляет меня быть чужим,

И глотать ваши лживые фразы от и до.

А я всего лишь хотел представить себя живым,

И всего лишь хотел найти свой маленький дом.