Хоспис

Что надо спросить?

Шабалин в упор взглянул на Морозова.

– Тебе Анька Зубова нравится?

– А тебе твоя тёща? – парировал Морозов.

– Ой, – скривился Шабалин. – Можно подумать, я боюсь. Да с ейной дочкой, можно сказать, из-за сыновей живу! Парней жалко. Как расти будут без отца?

– Сердобольный папаша…

– Не сердобольный, а ответственный! – вскинулся Шабалин. – Тебе-то легко говорить! Отец – генерал. Хороший, конечно, мужик, не спорю. Но со связями. А значит, ты у них под крылышком. Легко быть независимым, когда всё есть! Взял – развёлся.

Другая понравилась – привёл. Есть же куда привести! Квартира от родителей. И у жены своя квартира. Не жизнь у тебя, а малина.

Морозов угрожающе сдвинул брови. Шабалин увидел это, поэтому ещё сильнее стал тискать Мурзика, даже нервно трепать за уши. Морозова сердить нельзя. В гневе он – «фантомас разбушевался». Редко, но метко.

– Короче! – процедил Морозов.

– Полюбил я… – вдруг выдохнул Шабалин.

И Морозов, закрыв руками лицо, беззвучно затрясся в хохоте.

– Я тебе, как другу, а ты, – начал канючить Шабалин. – Анька неоперившаяся ещё. Детство играет в одном месте. Я вот ландышей припас. Несколько букетов! Чтоб полная корзинка набралась. Кстати, корзинку прикупил! Под зубовскую дверь поставил. У мамки в деревне ещё ириса целая грядка, да ехать далеко. А жене после того, как она мне не дала, а меня смена тяжёлая была, и разрядка требовалась, так вот… Шиш ей!

Тут Морозов дал выход своим чувствам.

Хохотал он от души, но по-дружески.

Увлечение Шабалина новенькой ничего хорошего не сулило. «Поматросит она его и бросит, – сокрушался про себя Морозов. – Он, как ответственный, честно подаст на развод и уйдёт от тёщи из тёщиной квартиры, возьмёт квартиру в ипотеку, запряжётся на пару-тройку других работ, а Анька Зубова ему от ворот-поворот; натешится, наиграется и дёру! А он квартиру ипотечную ей оставит, а сам… Обратно вернуться? Сломанная кость никогда не срастётся, как прежде. Короче, роман с новенькой означает «сломать Шабалину жизнь».

– Я вот денег подкоплю и квартиру в ипотеку возьму! – произнёс Шабалин.

И это Морозов слышал тысячу и один раз. И знал, что своя квартира на долгие годы останется для Шабалина голубой мечтой, не более. Ему, деревенскому парню с Орловщины, дюже подфартило жениться на «подмосквичке», прописаться и жить в Подмосковье. Он не снимал, как другие, квартиру, а жил даже не в двух, а в трёхкомнатной квартире. Пусть в старом доме, пусть в «брежневке».