Семена раздора

 – Так вот, когда я понял, что мой вечерний кубок вина отравлен, я не стал об этом громко кричать, а потихоньку вылил вино, лёг на ложе и стал вести себя насколько мог тихо. Спустя несколько часов мой верный слуга вошёл с мою комнату с кувшином лампадного масла и явным намерением обставить всё как гибель при пожаре… Всего лишь половину клепсидры спустя он сам встретился с огнём в подвале моего дома. Там он любезно рассказал, что шпионил на Харидема и что сообщил тому о своих догадках по поводу моего расследования.

Он не знал точно, что мне удалось собрать, но мог примерно оценить, какие средства и усилия затрачены. Харидем подлец, но не дурак, он явно сделал правильные выводы и отдал приказ убить меня.

– Где сейчас шпион?

– Боюсь, я не смогу вас познакомить. Хотел бы, но кахамский обруч… эм-м… весьма требователен к состоянию здоровья…

– Избавь меня от подробностей. Харидему известно, что попытка убийства провалилась?

– Наверняка. Убийце было велено сделать всё до начала Игр. Харидем видит меня на Играх, а вестей от своего слуги не получает.

Вывод напрашивается сам собой.

– Понятно. – Хилон вышел из ванны, растёрся и, накинув поданный Полимахом тяжёлый мидонийский халат, сел рядом с гостем. – Харидем вряд ли попытается убить тебя снова. Он понял, что ты настороже и спрятал все доказательства. Твоя смерть лишь повредит ему.

– Да, убийство ему уже не поможет. Единственное, что сейчас может спасти Харидема, – немедленный захват власти, без размышлений и подготовки.

Это возможность и для нас, и для всей Эйнемиды.

– Не слишком ли высоко ты нас ценишь, Анексилай? Эйнемида пережила гибель Автарка и Клеона, а мы с тобой ещё пока не легендарные герои.

– Автарку с Клеоном было проще: они боролись с великанами и гигантским змеем, а у нас Эфер со своей ложью, дураки, которые эту ложь радостно жрут, да изменники, торгующие родиной. Клянусь волосами Аэлин, гигантский змей куда более достойный враг.

– Ну что ж, у нас своя правда, у Эфера своя.

– Да, только мы не навязываем свою правду оружием и ложью.

Даже самая благородная идея может не вынести средств, которыми её распространяют. После Китоны, Аркаиры того, что узнали мы с тобой, какой дурак поверит, что им важна какая-то там свобода эйнемов, а не собственная власть?

– Я вижу, ты всё хорошо обдумал. Что предлагаешь?

– Прежде всего будь настороже. Вместе мы уже однажды помешали Харидему, а ведь тогда у нас не было того оружия, что есть у меня сейчас.