Ворон расправляет крылья

Идиотский повод, конечно, но…

– …очень похоже на нашего папашу, – закончил за него Владислав. – Ему только дай повод. Может возненавидеть целый пол.

– Верно. Надо сделать копии этих фотографий, а оригинал спрятать.

– Хочешь предъявить Воронову?

– Пока нет. Если попробует войну развязать, то да.

Черноволосый мужчина подошёл к кухонному столу, разложил снимки, собираясь магически их копировать, но отвлёкся на раскрытое пособие Паши, оставшееся здесь лежать.

– Что это за книга? Здесь твой почерк.

Голубоглазый маг объяснил, приблизившись.

Оборотень тоже подошёл.

– Это рецепт, восстанавливающий клетки крови в организме? – ткнул в книгу Дэн.

– Да, этот рецепт изобрёл Паша.

– А почему часть ингредиентов подписана ручкой?

– Их нужно добавить, чтобы вводить лекарство в вену. Без них нужно пить.

– Интересно…

Багровыми глазами высший маг первого уровня читал рецепт вновь и вновь. Парень внезапно догадался:

– Ты пытаешься его запомнить?

– Да, – кивнул брат. – Жалею, что ничему не учился у Паши.

Хорошо, хоть ты научился. Но вдруг пригодится.

После этого Дионис сделал 4 копии фотографий. По одной отдал брату и другу, себе оставил две.

– Пойду, спрячу где-нибудь оригиналы.

Волколак и молодой маг остались на кухне вдвоём. У первого был мрачный вид.

– Что-то произошло, Арсэн? Ты чего-то не рассказал?

Арсений опустил глаза.

– Вчера я случайно узнал, что кое-кто видел, как в последний день жизни Паша приходил к моему отцу. Они поругались.

– Ты спросил отца об этом?

– Нет.

Не могу себя заставить. – Волколак несчастно посмотрел на собеседника. – Я всё думаю, вдруг Паша просил его о помощи? Вдруг отец мог предотвратить его смерть?

– Чем теряться в догадках, лучше спросить, – заметил Владислав. – В любом случае, если это и так, он наверняка сожалеет. Твой отец не жесток, чтобы не сожалеть о том, что косвенно привёл своим равнодушием к чьей-то гибели. Может, Пашу он не любил, но я сомневаюсь, что он остался безразличен к его смерти.

Главным образом из-за тебя, конечно.

– Ему дела до меня нет! – раздражённо отмахнулся Арсэн.

Голубоглазый маг рассмеялся мягко.

– Арсэн, ты такой трогательный со своей обидой. Твой отец тебя любит, и это очевидно. Ваши ссоры – лишь привычка. Если с тобой что-нибудь случится, Григорий Серебренников будет рыть до последнего и порвёт виновника на кусочки. И твой брат вместе с ним.

– Не думаю, – уже менее эмоционально произнёс мужчина.

– Напрасно.