Ворон расправляет крылья

Вероника мысленно застонала, видя, как они рассматривают то, что открывает вырез платья. Не глядя никому в глаза, она направилась в столовую.

Народу на праздник пришло много. Все стремились поздравить Лукьяна с днём рождения. Он, одетый в жемчужно-серый костюм и белоснежную рубашку, выглядел прекрасно и с улыбкой принимал поздравления. Заметив его в зале, высшая ведьма перестала обращать внимание на что-либо вокруг. Ноги сами несли её к смуглокожему красавцу.

– Здравствуйте, Лукьян Яковлевич. С днём рождения вас.

Вампир мягко улыбнулся ей впервые.

– Это совсем необязательно. Спасибо за поздравления. Приятно видеть вас здесь. Я думал, вы не придёте.

Взгляд Станиславы обжигал её лицо. Брюнетка, определённо, опасалась, что брат узнает о её участии в том, что пленница появилась на празднике. Она ведь не догадывалась, что Левицкую не было необходимости принуждать. Она и так планировала явиться на празднество, когда ей передали приглашение.

– Я бы не отказалась придти на такой праздник, – честно ответила блондинка, заворожённая взором красновато-карих глаз. – Спасибо, что пригласили.

– Пожалуйста. – Улыбка Хмелевского стала лукавой. – Позвольте познакомить вас с моими родителями. Это мой отец, Яков Тимурович…

Ника улыбнулась немолодому цыгану и перевела взгляд на побледневшую тётю Любу.

– … а это моя мать, Любовь Алексеевна, – невозмутимо закончил Лука.

Белокурая женщина ошарашенно застыла, не сводя потрясённого взгляда с новоиспечённой подруги.

– Мы знакомы, сынок, – натянуто сообщила взрослая вампирша.

– Как это? – хором изумились брат и сестра.

– Я провожу Веронику к её месту. Мне нужно сказать ей пару слов. Идём.

Виринея заставила себя сдвинуться с места и последовала за тётей Любой.

– Вы – их мама? – выдавила колдунья.

– Ох, Вероника, как же некрасиво получилось, – огорчённо проговорила Хмелевская. – Не подумайте обо мне худо. Через пару дней я бы и сама вам всё рассказала, клянусь! Я просто хотела познакомиться с вами без всяких условностей и предубеждений.

– Я… верю.

Вампирша несчастно посмотрела на пленницу.

– Я могу представить, как вам сейчас скверно и обидно. Мне так стыдно. Простите меня, если сможете.

– Я просто… удивлена. Чрезвычайно удивлена. Мне бы следовало самой догадаться, но я мало интересовалась вашими личностями в отличие от Дениса и Арсения.