Я все еще жив!

Я почувствовал чьё-то присутствие со спины и обернулся. Это были Они… высокие, сребролицые, в синем с головы до пят…

*

О чем же мне рассказать вам? Очнулся ли я после операции? Смотря, что вы имеете в виду… Ученые говорят, что после биологической смерти человека, его мозг функционирует около часа. За это время было много чего интересного…

Как оказалось, мой дом теперь находится в горах, но до него можно добраться на автобусе. Я был совершенно здоров и сидел в уютной маленькой кофейне, дожидаясь с работы Софии.

Когда она вышла, я крепко ее поцеловал и мы, бесконечно счастливые, отправились домой.

У нас хороший двухэтажный особняк, верный пёс – немецкая овчарка, камин, автомобиль, хотя я не любитель пользоваться им. Мама живет с нами. Вернувшись домой в этот бесподобный день, мы обнаружили, что мама приготовила нам чудесный пирог с курицей и грибами. Мы ели, смеялись, в общем, наслаждались жизнью…

– Ты хочешь, чтобы так было?

– Куда всё подевалось? Где мама? София? – недоуменно спрашивал я Незнакомца в синем.

Вокруг не было ничего, лишь белый цвет. Пустота. Мы.

– Этого и не было. В настоящую минуту тебя пытаются вернуть к жизни. – ответил Незнакомец очень спокойно и вкрадчиво.

– Значит Вы существуете?

– Ещё бы.

– И что дальше?

Незнакомец помолчал и через минуту сказал:

– Почему же ты так и не начал писать?

– Я не знаю. Это очень сложно.

– Ты хочешь, чтобы твоя жизнь продолжилась? Говори правду.

Почему-то я задумался. Не знаю, что навело меня на сомнение – действительно ли я хочу продолжить жить, но что-то определённо заставляло меня не спешить с ответом.

– А где мы сейчас находимся?

– Это вакуум. Абсолютное ничто.

– Я рискую остаться здесь?

– Макс… ты не ответил на вопрос.

– Да, я хочу жить. – ответил я наконец. Незнакомец будто обрадовался моему ответу.

– В таком случае мы заключим сделку, полезную прежде всего для тебя. – объявил Он, – ты будешь писателем, но сперва ты научишься слышать и слушать свою душу, ценить жизнь, себя и время, что тебе отпущено.

Задумайся, Макс, что же ты сможешь написать, если всё это время тебе была безразлична собственная судьба?

– Как же так? Безразлична… Как вы так говорите? – возмутился я.

– А разве это не так? Разве тебе не было всё равно как пройдёт каждый день, дарованный тебе? Разве ты не заставлял себя жить? Давай так. Лучше не спорь. Мы желаем тебе только блага. – заключил Незнакомец, – так ты готов заключить сделку?

– Да.