Морские рассказы. Избранное

Пока он выписывал траектории с бутылкой эссенции в попытке налить её в тарелочку Вадима, рука его промахнулась, и белая прозрачная жидкость попала Вадиму на живот.

Уксусная эссенция начала стекать у него в промежность. Вот тут-то каюту и потряс невообразимый вопль:

– Ой-ой, ты что творишь?! Паскуда ты замазученная!

От таких криков народ застыл, а Серёга, глядя на свою руку, так и продолжал выливать из небольшой бутылочки её содержимое на живот Вадима.

Осознав произошедшую трагедию, со своего места подскочила Люда и выхватила из рук Серёги злосчастную бутылочку.

Тут все неожиданно начали носиться по маленькой каюте. Один Вадим сидел, раздвинув ноги и от того, что ему в промежности невероятно пекло, орал:

– Что вы сделали со мной, суки?! Что делать? Ой, падлы, поубиваю всех!

Серёга, образумившись от содеянного, во всю глотку как закричит:

– Воду, воду давай!

Лёнька подскочил со своего места, а в руках у него оказался стакан с водкой и, быстро опрокинув его содержимое в себя (не пропадать же добру), подставил стакан под кран умывальника, а когда стакан наполнился, то плесканул воду Вадиму на живот.

Вода с эссенцией затекла ему ещё глубже. У Вадима от этой дозы воды ещё больше запекло, а он ещё сильнее заорал, посылая все известные ему матюги уже в Лёнькин адрес.

Тут вмешалась в кавардак, стоящий в каюте, Людмила. Она спокойным голосом скомандовала:

– Ну-ка, все отвернулись!

Парни отвернулись, а она – бац! – снимает с Вадима трусы и тут же льёт ему в промежность воду, которая стояла рядом в банке, приготовленная для следующей варки пельменей.

– Так! Балбесы! Заткнулись! – властным голосом прекратила она вопли с суетой в каюте и спокойно приказала Лёньке: – Неси сюда соду, да побыстрее.

Лёнька помчался на камбуз, зная, где лежит сода и, схватив пачку, вернулся в каюту.

Вадим уже лежал на диване с распростёртыми ногами.

Да… Причинное место у него оказалось такое, что на него бы собралось посмотреть (ну, может быть, и не только посмотреть) уж очень много любопытных женщин.

Оно бы стало шедевром в любом из музеев мужской красоты. Одной из ценительниц этой красоты и являлась Людмила. Она постоянно лила воду на эту неописуемую красоту.

Увидев соду в руках Лёньки, она выхватила у него пачку и принялось обильно посыпать то, что ей принадлежало по праву.

– Ой-ой! – орал и стонал Вадим. – Всё сожглось! Не могу больше! Ой-ой-ой.