Эффект заражения

Всеволод Алексеевич, как помнил имя преподавателя Игорь, довольно точно смог охарактеризовать каждого из них.

– Этот старался обмануть, сделать вид, что у него всё под контролем, а сам не уверен в себе, – говорил Всеволод Алексеевич. – Этот, кажется, давно в увольнение хочет, но что-то не досдал, и он у нас в печали. Да, Мамлеев?

Тимур рассмеялся, закинув голову.

– А вот тут вижу целеустремлённость, – Всеволод Алексеевич, поправив тяжёлые роговые очки, рассматривал записку Ерошенко.

 – Но, кажется, Саша у нас задумался о том, правильно ли поступил в Академию. Может, переведёшься, куда хотел?

Ерошенко тогда только поулыбался и помотал головой. Знал бы Всеволод Алексеевич, насколько был прав.

– А тут у нас кто? – Всеволод Алексеевич взял следующую записку. – С шизотипическим расстройством? И неуравновешенным характером? Ммм, товарищ художник? – он показал Игорю его записку. – Как Вас в Академию-то взяли?

– Это мой почерк? – Игорь не узнал своей записки.

– О, – протянул Всеволод Алексеевич, не скрывая под серьёзным тоном дружеской усмешки. – Так мы ещё и свой почерк не узнаём, товарищ курсант. Первый признак шизофрении. Или диссоциотивного расстройства?

Они тогда хорошо посмеялись всем взводом. Затем, конечно, последовало более серьёзное и тщательное изучение предмета. И не менее неожиданным и странным для них оказалось заявление Всеволода Алексеевича, сделанное в конце семинара:

– Имейте в виду, не все признают графологию полноценной наукой.

И не надо делать на неё упор. И вы по почерку никогда не поймёте, как человек относится к своей бабушке и станет ли он вам лучшим другом. Но темперамент, отклонения или норму, или психическое состояние человека на момент написания вы сможете определить.

И эти знания не раз помогали Игорю в расследованиях.

Теперь же, как он и предполагал, перед ним была вполне уравновешенная, адекватная, целеустремлённая личность. Может, не совсем уверенная в знаниях иностранного языка, но полностью уверенная в своём профессионализме.

Нет, это был не почерк шизофреника. И даже не шизоида. Вообще, Степнов, по всей видимости, был очень практичным человеком, совершенно не склонным к творчеству, хоть и увлечённым своим делом. И ещё он очень плохо знал английский. Тогда, почему вёл на этом языке дневник?

Игорь пересел за соединённый с интернетом компьютер и зашёл на сайт МГУ.