Крещатик № 94 (2021)

* * *

Сад говорил на языке жар-птицы,

Которая вчерашней сказкой снится

И, как всегда, сулит жемчужный клад.

Возможно всё, когда листвой смущённой

Нагнётся жизнь и мальчик изумлённый

Обнимет в сновиденье яркий сад.

Сад скажет: что ты потерял, ребёнок,

Тебя как будто видел я спросонок,

И забывал в потерянной листве?

Кого ты ищешь, твой Мегрэ из книжки,

Скурив две трубки, не откроет фишки:

Кто твой отец? И с кем ещё в родстве?

Глаза отводит старый сад, а ветер

Перебирает тех, кого приметил

Когда смотрел, как дождь смывает все

Следы того, кого признал бы малый,

Селена впишет грустный взгляд в сценарий

И остановит луч на той слезе,

Что спрятана в подушку.

Мальчик вырос…

Отец – душа на ветер, торс – на вынос,

И мать ни взглядом, ни молчаньем не

Поможет больше. Там за облаками

Вздыхает Тот, что вместе с рыбаками…

Сад с головой в рубиновом огне.

Евгений КАМИНСКИЙ

/ Санкт-Петербург /

ГОЛОД

маленькая повесть

Мертвая зона Индийского океана – пустыня. Правда, с особенностью: тут вместо моря песка море воды. Но остальные признаки пустыни налицо: солнце, жарящее как сковородка, одиночество, тоска. Ну и жажда. То есть голод. Голодуха…

Примерно в шесть утра, измерив за ночь то, что было положено, на своем рентгеновском анализаторе, Бызов босиком (было приятно ощущать пятками остывший за ночь металл палубы) отправился на поиски летучих рыб.

Летучие рыбки теперь, после того как Бызов почти победил морскую болезнь, были его надеждой и спасением.

Эти летуньи то и дело выпрыгивали из воды и пытались перелететь судно. Тем, что пытались лететь поперек судна, это удавалось. Те же, что имели наглость делать это вдоль, шлепались на корму, бак и полубак, и становились добычей Бызова.

Тот употреблял их сырыми, с головой и костями (рыбьи крылья он не ел из уважения к любым крыльям). Употреблял, правда, предварительно вскрыв рыбок, всыпав в каждую щепоть соли, туго перетянув вскрытых и посоленных бечевой и потом на несколько часов заложив в морозильную камеру. Этому его научил таллиннский рыбмастер, подвизавшийся в этом легендарном научно-исследовательском рейсе палубным матросом.