Крещатик № 95 (2022)

С обратной стороны ручка была плоской, на расширяющемся её конце стояло целых четыре клейма. Сначала две странных буквы, потом четыре цифры, над которыми стояли еще какие-то буквы, потом еще клеймо с цифрами и в конце какая-то странная фигура.

– Грегор! – крикнул ювелир внутрь комнаты. – Тут интересная вещица для тебя.

Из двери вышел элегантно одетый господин лет на десять моложе ювелира. Он посмотрел на Давида, на ювелира, и взял ложку в руки.

– Ишь ты. Царская ложка!

– Так уж и царская? – удивился ювелир.

– Царскими называют ложки из серебряных рублей с портретом царя или царицы, – ответил Грегор и повернулся к Давиду.

– Молодой человек из России?

– Нет. Я из Австрии. Из Вены. Мой папа был из России.

– Фамильное серебро?

– Да, фамильное.

– Продаете?

Давид почувствовал раздражение. Он не собирался говорить с посторонними, ему нужен был только ювелир.

– Хочу заказать кольца.

– Много у вас ложек?

– Пять.

– А изначально было шесть?

Давид кивнул. Кто он такой, что ему надо?

– Одну уже продал?

Давид дернулся как от пощечины, протянулся за ложкой.

– Одна пропала во время погрома. В Кишиневе.

Грегор посмотрел на него внимательно.

– Давид, – Айна дернула его за рукав.

– Печально, – сказал Грегор.

Он вдруг протянул Давиду руку через прилавок

– Грегор Аранович, эксперт Буковски-аукциона.

Давид растерялся. Он знал, что Буковски – знаменитый художественный аукцион. Вот почему эти вопросы.

– Давид, – голос Айны звучал почему-то жалобно.

Он обернулся. Айна держала его за рукав, не сводя глаз с ложки в руках у Грегора.

– Можно выставить пять штук за 1500 для начала, – сказал Грегор.

– За 1500? – у Давида пересохло во рту. Квартира, которую снимал Борис, стоила 1020 крон в год.

– Думаю, что поднимем до 2000. Минус 25 % комиссионных – будет 1500 на руки. Жаль, что не шесть.

– Давид, не надо, пойдем, – Айна чуть не плакала.

Давид удивленно посмотрел на нее. Она выглядела растерянно, почти испуганно.

– Не торопитесь, – сказал Грегор, – обдумайте моё предложение.

Он протянул ложку Давиду. Тот завернул ее в салфетку.

– Да, – подхватил ювелир, – хватит и на кольца, и на квартиру.

– Пойдем, Давид, – не отставала Айна.

Они вышли на улицу.

– Ну что ты, – Давид погладил ее по щеке, – что тебя так расстроило?

– Пойдем, это важно, – Айна потянула его за собой.