Художник и его окружение

Зато потом, если пройдет гладко, вот она вожделенная баночка с клеем и ярлычок, чтобы налепить с задней стороны холста. Работа принята. Теперь можно в бухгалтерию, не сразу, конечно, еще ждать, пока заказчик оплатит, но это уже мелочи.

Дискуссии при приемке халтуры носили мировоззренческий характер. Вот пример такого диалога.

Комиссия. Ваше полотно – сугубо пессимистическое. Настроение бросается в глаза. Поле черное, вороны какие-то. Что это такое? Народ не поймет.

Художник. Поле черное, потому что хорошо вспахано.

Я по справочнику смотрел. Видите, сорняков нигде нет. Зерно на нужной глубине, потому и вороны добраться не могут. А по птицам видно, поле живое. Дайте пруд, я вам лебедей нарисую.

Комиссия. Не нужно иронии. Мы сами разберемся. Где трактор? Хоть бы столб электрический. Ворон не забыли, а на столб фантазии не хватило? Кому это вы рассказываете? Люди будут смотреть. Где машины, техника? В какой стране живете? Не забывайте.

Художник. – Да вы гляньте, как вспахано.

Разве сохой так вспашешь? Я со специалистами советовался. Это именно машинная вспашка. Глубокая. Я вам книгу принесу, покажу. А столбов нет, потому что село далеко. Там, конечно, есть. По настроению работы видно, что есть.

Комиссия (чуть добрее). А что нельзя было высоковольтную линию пустить на заднем плане?

Художник (сдаваясь). Можно, конечно. Но я хотел…

Комиссия. Так вот, пожалуйста, не спорьте, а допишите. И белил добавьте, чтобы заметно. А ворон уберите категорически. Не нужны они.

Требования к халтуре были привычными и однозначными, объяснять два раза не приходилось, но для некоторых глубинная сущность различия не доходила, и они писали все работы так, как если бы они были творческими. Такая роскошь в цеховой художнической среде не одобрялась. Но с отдельными личностями приходилось смиряться. К последним относилась и Вера. Убедить ее в том, что халтура – не только определение, но и суть, было невозможно.

Заказы на халтуру сосредотачивались в Художественном Фонде Союза художников и оттуда распределялись между заинтересованными лицами.

Заказчики живописи то же были разные – побогаче и победнее. Поэтому в Фонде их и распределяли соответственно. Для своих проверенных людей и для лиц, более удаленных от кормушки (так тогда говорили). Вера принадлежала к последним. Потому, когда пришел заказ из районной больницы, работу отдали ей. Больницы – организации небогатые и стараться для них особых охотников нет.