Суглоб

Последняя рубашка всегда при себе.

Руки тщательно вымыты.

Копейка – на страже.

Чужие пальцы откушены.

Человек будущего – сам по себе, собой доволен и других оценивает по степени их полезности для себя. Стало быть, на пустые разговоры и подобные моим пустые рассуждения времени тратить не будет.

Дом – полная чаша, двери закрыты наглухо. Шторы, пожалуй, тоже. Ибо всякое шевеление во дворе бесцельно и бесперспективно.

Кстати, не исключено, что и само шевеление во дворе со временем прекратится.

Это закономерно.

И в этом нет ничего предосудительного.

И только потом, по прошествии веков…

Когда, наконец, впервые (подчеркиваю, впервые, ибо это совсем новое, невиданное качество)… когда впервые человек (будущего) испытает, насыщение (трудно поверить? согласен)… так вот, на втором этапе, когда человек будущего накушается, он (внимание)… возлюбит ближнего!

Всем сердцем, всей иссохшей и растрепанной в ветошь душой своей.

И в глазах его займется разум.

Вы скажете, как же? что же? у современного человека в глазах безумие разве?

Отвечаю – да!

В сравнении со взглядом человека будущего, взгляд современного человека несет оттенок… не безумия, нет, скорее глупости.

Трудно объяснить, конечно. Здесь, как говорят ученые, нам потребуется сравнительный анализ.

Хорошо.

Попробуем сравнить взгляд ламы и электрической лампочки.

«Лама и лампочка». Неплохое название для басни.

«Гога и Магога», «Гоголь и Моголь».

Между прочим, я знавал одного детского врача с фамилией Гоголь. Он тоже был великим гурманом.

Ах, Гоголь, Гоголь! Ну что, скажите на милость, сталось бы со всеми нами теперь, когда бы гений Гоголя в свое время не обнаружил, не узнал, не обозначил бы Чичикова, и не прочертил бы захватывающую дух траекторию его тлеющей брички?!

Ах, Гоголь, Гоголь! Обожаемый! Так бы схватился за зеленые фалды и вылетел вместе с ним в трубу!

Как видите, я большой придумщик.

Что не мешает быть созерцателем.

Немного Чичикова, немного Гоголя – вот вам и едок куриной шеи.

Волшебник на отдыхе.

Подле печной топки.

* * *

Знал я одного беспричинного человека, по имени Федор Иванович Воробушек.

По работе мне нужно было забрать у него какие-то документы… он, кажется, был болен, уже не помню точно… одним словом, я оказался у него дома.

Такая ничем не примечательная квартира, даже и описывать ее лень.