Шалом

Но какое оно теперь? Стало ли оно компактней, появилась ли возможность выходить с ним на улицу? На мои вопросы о том, когда мне нужно записываться в очередь за нейлоновым сердцем, мне ответили, что пока рано. Должна развиться выраженная сердечная недостаточность с одышкой и сердечным выбросом не более 20 процентов. Мои дела, слава богу, ещё не так плохи, но где гарантия того, что события будут развиваться плавно с постепенным ухудшением ситуации. Всё может закончиться очередным инфарктом, и он будет последним в мой жизни, остановив её навсегда.

Искусственное сердце теперь уже не такое ужасное чудовище, каким оно было совсем недавно. Но наши инженеры всё же не могут сделать его таким, каким удалось сконструировать зарубежным. Мы всегда отстаем на 2—3 шага от наших зарубежных коллег. Искусственное сердце с ранцем за плечами для них уже пройденный этап, а для нас это предел возможностей. В интернете я прочитал шутку по этому поводу. «Теперь понятно, почему они в транспорте рюкзаки не снимают».

Чем хорошо искусственное сердце? В нем не будут образовываться атеросклеротические бляшки.

Но в нём могут образоваться тромбы, и эти тромбы могут привести к тромбоэмболии легочной артерии или инсульту. А пересаженное сердце работает 10—15 лет. Недавно умершему в возрасте 105 лет Рокфеллеру трижды пересаживали сердца. Обычным смертным вряд ли дадут второй шанс. А его тянули до тех пор, пока ему самому уже всё не надоело.

Искусственное сердце дает своим носителям совершенно потрясающие ощущения – они могут бегать и прыгать, как будто снова стали молодыми.

Но это удовольствие длится не более 2 лет. Дальше уже надо пересаживать сердце. А сердец на всех не хватает.

Поэтому вся надежда на технарей. Будем надеяться, что они смогут сделать сердце, которое будет биться не менее 10лет. Вот тогда и будет низкий поклон от меня и Лео Бакерия. Ребята, мы на вас очень надеемся. Я ещё могу подождать какое-то время. Но хорошо бы вы поторопились.

Лерусик попросил написать лимерик.

Вот что у меня получилось:

Облака проплывают в эфире,

подавая нам знаки-зефиры.

«Только съесть не удастся зефиру»

так подумала грустно Земфира.

Неожиданный ход

У меня по жизни всё не так, как у людей. Напасти ожидают меня там, где их в принципе не должно быть. Вот и в этот раз всё пошло вкривь и вкось.

Это синдром заболевшего врача, у которого по определению не может быть всё гладко.

С инфарктом я попал в реанимацию 23 больницы.