Дела житейские. Сборник рассказов

Все по порядку будем разбирать. Вот скажите вы мне по совести, хочется уже иметь внуков? Чтобы в вашем доме дети бегали, голоса детские звенели?

– Конечно, хочется. Жизнь требует порядка, потомство после себя надо оставлять. А ты-то, что о нас печешься? Тебе, что за забота?

– Не мне, Леонид Иванович, надо об этом заботиться, а вам. Я хлопочу о своем приятеле, которому тоже пора обзаводиться потомством, а сначала женой. Выбрал он вашу дочь, я сам не знаю почему. Говорит, что любит Лизавету.

Человек он смирный и скромный даже стеснительный. Имеет свой дом, в котором должна быть хозяйка, но я так думаю, что лучше бы молодым жить у вас, под вашим присмотром и руководством. Сразу скажу, что спиртным он не особо увлекается, но требуется ему руководитель в жизни, а таким навигатором мог бы стать ты, Леонид Иванович.

Хозяева внимательно слушали Федора, хлопая глазами и недоумевая, за кого он так хлопочет. Леонид перебил свата:

– Что-то я не знаю, кто в нашей деревне захотел к нам сватов заслать.

Может, не в нашей? Ты, Федор, не темни, говори, за кого хлопочешь, а уж, потом и думать станем.

– Конечно, скажу. Только ты, Леонид Иванович, прежде чем свой вердикт выносить станешь, хорошенько подумай, словом, не торопись. Посоветуйся с женой, а ты тетка Таисья хоть бы села.

Положив ногу на ногу, и, продолжая хитро щуриться, сват выжимал паузу, наблюдая, как хозяйка пристраивается около мужа. Заинтригованные супруги замерли, уставившись на гостя, полностью превратившись вслух.

Решив, что помурыжил стариков достаточно, и нужный эффект достигнут, он важно объявил:

– Очень желает вашу дочь взять в жены Лаптев Павел Иванович.

Леонид с Таисией, как сидели, разинув рты, так и остались сидеть, соображая, кто такой Павел Иванович Лаптев. Федор не торопил, спокойно ожидая реакции родителей невесты на имя жениха. За то время, что они соображали, он успел полюбоваться рисунком домотканых половиков, разостланных на некрашеном, белоснежно-чистом полу, красивым, хорошо сохранившимся старинным комодом, полным хрусталя, поразглядывал себя в трюмо, стоящем наискосок у окна, и конечно, обратил внимание на пышную кровать, покрытую мягким пледом, с горой разнокалиберных подушек, виновницу теперешних событий.

Хозяин опомнился первым. Сдерживая себя, он спокойно снял руку жены со своего тощего колена и встал.