Блуждающий бумеранг

– Ой, скажете, теть Валь, вы вчера ноги брали, студень сварите пока…

– И точно, пойду, что зря глаза мозолить, – тетя Валя, взглянув на стеллаж, заставленный эмалированной посудой и гранеными стаканами, с пустой авоськой, прихрамывая, поплелась в старых резиновых сапогах к выходу.

– Ну, как дела на личном фронте, Мариш? – выглянула из подсобки бухгалтер Алевтина.

– Вчера своему благоверному сказала про развод, – отозвалась Марина, не отвлекаясь от подпиливания ногтей.

– И чё?

– Съел. Алевтина, ну сколько можно терпеть это бесконечное пьянство?

– Думаешь, развод что-то изменит?

– Не изменит, так хоть с меня ноша свалится.

Не работает, не помогает, мозги последние пропивает, не помню, когда Оксанку трезвым видел, папашка липовый… Сколько уж живем порознь… Не то замужем, не то разведенка.

– Вот и будешь разведенкой… А про развод когда говорила, он трезвый был?

– Да нет…

– Так он и не вспомнит сегодня, что было вчера.

– Вещи соберу, выброшу на двор, сразу вспомнит!

– Так он не уйдет! Куда ему идти, в деревню возвращаться, в которой ни кола ни двора?

– А мне какое дело, мать сказала, что не пропишет его у себя в доме.

– Хозяюшка, принимай товар! – оборвал обсуждение наболевших проблем в личной жизни приехавший на грузовике Сергеич.

– Что привез?

– Отмечай накладные: колбаса вареная «Докторская» – 8 палок, колбаса вареная «Юбилейная» – 10 палок, сосиски «Молочные» – 7 кило. Сейчас принесу ящики.

Сергеич юркнул к грузовой машине, поставил один ящик на другой и метнулся в торговый зал.

– А сахар где?

– Нет сахара, не дали. Пряники есть и печенье.

– Да на кой мне эти пряники с печеньем, народ сахар ждет в начале месяца, даже по талонам невозможно купить. Лето на дворе, варенье варить надо!

– Что дали, то и привез. Бери пряники, свежие, в соседнем сельпо с руками оторвали…

– Мариш, мне кило сосисок отложи сразу и полкило «Докторской»! – на ходу бросила Алевтина и убежала отмечать накладные.

– А куда ценники пропали, Алевтина, ты не видела? – Марина торопливо разложила сосиски на вымытые белые противни, не забыв взвесить по килограмму себе и бухгалтерше.

– В коробке под прилавком посмотри! Мариш, тебя к телефону, срочно!

– Иду! Кому еще понадобилась?

Марина пробралась в узкую подсобку, в которой на полке с документами ее ждала снятая черная трубка телефона.

– Алло! – женщина опустилась на стул.

– Мариша, – со слезами прокричала мать.