Ложная реальность

– Конечно, Нинель Витальевна будет приходить, помогать советами, – робко закончила директор.

Бывшая завуч сухо кивнула и попыталась улыбнуться. Она не приняла отставку. Впоследствии, несмотря на заявление директора, Нинель Витальевна ни разу не пришла проконсультировать своего преемника и не появилась ни на одном мероприятии, посвящённом памятным датам лицея.

В перерыве я всякого наслушалась о новичке и его связях и к середине дня успела проникнуться к нему искренней неприязнью. За Нинель Витальевну было обидно до слёз.

Да, из-за её строгости и моей неопытности у нас случались конфликты, но Ерошина одним взглядом внушала уважение. Её грузную, степенную походку узнавали ещё до того, как она появлялась в учительской. Однако в трепете перед этой женщиной старой закалки не было страха – скорее, небывалое почтение. Она держалась с достоинством и носила свой статус, как невидимую медаль на шее.

Разумеется, новый завуч был обречён проигрывать в сравнении с ней.

Первым, что я сказала маме, когда вернулась с педсовета, было:

– Нинель Витальевну уволили, а её место занял какой-то молодой выскочка, родственник кого-то там из правительства.

Так и прошёл учебный год – в убеждении, что бок о бок с приличными учителями работает выскочка обыкновенный, одна штука, занимающий не своё место.

Летом один за другим умерли дедушка и бабушка, из-за чего омрачились первые дни отпуска, а День города надолго перестал быть праздником.

Вскоре начался новый учебный год, и он принёс свои проблемы.

В первый же день Тамара Алексеевна вызвала меня к себе и, не тратя времени на экивоки, предложила классное руководство. Ну как предложила…

– У тебя много уроков в 8-м «Г»? – спросила она, листая какие-то документы.

– Ммм… – я склонила голову набок. – Восемь часов, сейчас ещё развитие речи добавится.

– Так ты, получается, у них основной учитель? С тобой они больше всего времени проводят?

– Ну… да.

– Возьмёшь классное руководство?

– Что? – дыхание перехватило.

 – А как же Екатерина Михайловна?

Директор откинулась на спинку кресла и сложила руки в замок.

– А Екатерина Михайловна уходит в декрет и переезжает в Литву.

– Чудесно, – я постаралась скрыть иронию улыбкой.

– Возьми. Понимаю, класс сложный…

«Нет, Тамара Алексеевна, не понимаете».

– … но я видела тебя с ними на открытом уроке, они хорошо себя вели, у вас прекрасный контакт.

«Потому что там были вы».