Ложная реальность

«И вообще в день Андрея буду здесь как можно дольше», – решила я, окидывая взглядом учительскую, пустую и тихую в семь утра.

Мой напарник зашёл очень кстати.

– Вы уже здесь?!

Обрадованно-удивлённый тон, взлетевшие брови, широкая улыбка, обнажившая ровные зубы… Много ли нужно, чтобы поднять настроение влюблённой девушке?

– Ну да, здесь, как же иначе, – я обернулась через плечо и приподняла бровь.

Действительно, разве могло быть по-другому…

Я начала обновлять гардероб. Больше яркости! Больше вещей, привлекающих внимание к фигуре: благо на формы мне грех было жаловаться.

После одного особенно долгого и плодотворного похода по магазинам я вернулась домой с шестью пакетами в руках. Только-только приласкала встретившую меня кошку – и из зала в коридор выглянула мама.

– Опять что-то купила? – она заинтригованно поправила очки на переносице и мотнула головой при виде пакетов.

– Не жалко времени? И волосы каждый день накручиваешь. Проще же хвост сделать или крабом заколоть, как раньше.

Проще. Но как раньше меня не устраивало.

Выждав немного, привыкнув к своим новым чувствам, я написала о произошедших переменах своей лучшей подруге Лене и получила ответ, который может дать только по-настоящему близкий человек: «Слушай, ну ты даёшь! Остаться на работе, вернув сделанный шаг, – и всё это ради того, кто тебе нравится. Это подвиг! Желаю огромной удачи в этом деле, искренне!»

Последние слова расплылись и помутнели перед моими глазами, и я бережно сняла с них слезинки.

«Вот пусть слёзы будут только такими, – подумалось мне. – От счастья или от трогательных слов».

В последний день января завывающая за окнами метель заставляла мысленно вторить ей и ныть о новых каникулах. А тут ещё я обнаружила в дальнем углу своего ящика в учительской непроверенные самостоятельные.

– Ооо, – я повела челюстью и устало закрыла ящик. За забывчивость надо платить, в данном случае – минимум сорока минутами. И это в единственное окно! Поесть бы и привести себя в порядок перед второй сменой, так нет же…

Невезение продолжилось: именно на этом уроке народу в учительской собралось как на праздник.

Каждая из микрогрупп по два-три человека обсуждала своё, фразы сливались в моём сознании в причудливые сочетания, а диалоги складывались в монологи. Хотелось спросить, почему занявший первое место вдруг оказался бессовестным и как это в кабинете при идеальном ремонте всё может разваливаться. Но даже разомкнуть губы представлялось мне подвигом.