Хроники Мира Музыки

Когда Элли и Дэнни заняли оставшиеся стулья, к ним подбежал Джонатан. Мальчик наклонился, чтобы погладить собаку, но пёс увернулся от руки и лизнул его в щёку.

– Фу-у, Джонатан, что ты делаешь?! Отстань! – Дэнни залился смехом и обнял пса за шею.

Корелли занял место дирижёра и пристально взглянул на партитуру.

Затем он перевёл взгляд на музыкантов. В состав оркестра входили: две флейты, два гобоя, два фагота, две трубы, четыре скрипки, четыре альта, включая скрипку Дэнни, три виолончели, два контрабаса и фортепиано.

Корелли заменил орган клавесином и тем самым отделил сонаты от церковного звучания.

Взмах палочки положил начало игре оркестра.

Элли и Дэнни сидели рядом, а Зебастьян стоял за их спинами. Он положил левую руку на плечо Дэнни, а правую – на плечо Элли.

Карие глаза мальчика, такие большие и ещё совсем детские, тоже стали менять цвет и приобрели светло-пурпурный окрас. Увидев это, Элли пришла в ужас, но не успела она ничего сказать, как её окутал белый туман. Она не могла видеть, что её глаза тоже изменились и стали тёмно-пурпурными.

Дэнни вновь парил в облаках над Миром Музыки, но этот раз он был не один.

Три пары никому не видимых глаз перемещались в направлении Плачущего леса, наблюдая за тем, как разгоревшийся пожар пожирает деревья. Сапинды пылали в огне. От них с треском отлетала кора. Жуткий рёв огня смешивался с воем лугару. Чудища бежали, поджигая всё на своём пути.

Дэнни и Элли слышали нарастающий гул оркестра. Ударные и духовые задавали единый поток, где ноты бурлили, как в горной реке.

Разбиваясь на брызги и тоны, ноты прибывали, словно потоп. Он становился всё громче, сильнее. Как стихийное бедствие, поток сметал всё на своем пути.

Лугару замедлили темп и стали осматриваться по сторонам. С безумным оскалом на морде чудища принюхивались и рычали. Один поднял морду к небу, затянутому свинцовым маревом, и издал пронзительный вой: «У-у-у-у-у-у-у-у!»

С одной стороны – бурлящий поток, с другой – гул пожара, а между ними – вой лугару.

Свинцовые тучи пронзил всполох света.

Поток оркестра становился всё громче, пока не накрыл весь лес.

Лугару зажимали человеческими руками мохнатые волчьи уши. Они выли, скулили, неспособные слышать что-то, кроме оркестра.

Дэнни ощущал торжество момента, он видел лес как на ладони.

– Что это? – безмолвно изумился он.

Джонатан бежал по лесу, разбрасывая лугару – тех, кто ещё стоял с зажжёнными факелами в руках. Мастиф скалился и кидался на них.