Путь домой

Я верю по-своему, в самом себе верю.

В церковь иногда хожу, хотя попам не доверяю. Молюсь вот, – сказал Олег и добавил: – Ну, а мат – это для связки слов у меня.

IX

В купе вернулся Алан, неся в подстаканнике стакан с чаем. Олег и Игорь предложили ему угощаться тем, что уже было на столе. Алан поблагодарил их и, достав из сумки свои продукты, произнёс:

– И вы угощайтесь.

– Спасибо, – ответили Олег с Игорем. После чего Олег задал вопрос в привычной для себя форме:

– Алан, мы тут, пока тебя не было, говорили с Игорем о мате.

Ты, наверное, заметил, что я без этого не могу <…>?

– Ну и что? – вопросом на вопрос ответил Алан.

– Но я-то Библию читал и что-то не припомню, чтобы там говорилось о мате или курении. Я специально смотрел. Разве не так? – с недоверием к Игорю поинтересовался Олег.

– Когда писалась Библия, не было понятия «мат», но были такие понятия, как «сквернословие», «злословие» и «злоречие»? – начал объяснение Игорь. – Разве можно мат считать обращением в уменьшительно-ласкательной форме? Признания в любви матом я не представляю.

Хотя могу и ошибаться, в опредёлённых кругах, может, такое и бытует. Когда мы говорим о ком-либо: «Он любит ругательства, он ругнулся, грязно выругался площадной бранью», мы ведь под этим подразумеваем мат. Не так ли? Но для здравомыслящих людей это «скверное слово», «злая речь». В Библии говорится: «А злоречивые Царствия Божьего не наследуют…», – ответил Игорь.

– Ну, пусть так, раз в Библии написано, пусть.

А про курение что там написано? Вон сколько курящих у нас, – напомнил Олег, указав поворотом головы в сторону Алана и желая услышать для него обличения.

– В Библии конкретно про курение ничего нет. Но, если ты заметил, никто из библейских героев не курил. Христиане призваны во всём подражать Христу, а Он не курил. Если нам не удаётся Ему подражать, то что-то не так в нашем восприятии Его жертвы на кресте. Значит, мы ещё не осознали, что нам надлежало быть распятыми на этом кресте, а Иисус Христос за наши грехи на нём принял мученическую смерть, – напомнил Игорь.

 – А мы и курим и материмся.

После затянувшегося молчания Олег, потупив взгляд, заявил:

– Ты думаешь, я не понимаю, что материться это плохо? Но я ничего не могу с собой поделать, прёт из меня эта зараза, – с раздражением в голосе признался Олег.

Игорь с пониманием произнёс:

– Ты, Олег, точно подметил, что это «зараза». Она «прилипает к языку» как проказа, это мне знакомо.