Путь домой

Игорю этот жест Олега напомнил о тех верующих, которые, желая подчеркнуть свою «особую приближённость к Богу», упоминают о своём личном знакомстве с кем-либо из священников.

Невзирая на внушительные параметры Олега, на его рост не ниже ста восьмидесяти и крепкое телосложение, Игорь решил воспользоваться отсутствием Алана и высказать свое мнение:

– Красивый крестик. Ну а как вам удаётся вашу веру совмещать с матом? В Петербурге, я заметил, это сейчас широко распространено, хотя этот город и считается «культурной столицей» России.

Такой неожиданный вопрос озадачил Олега. Его взгляд стал суровым. Пряча крестик на своей груди под свитер крупной вязки, он произнёс:

– Ну, вы же не знаете мою жизнь?

При этом вопросительном утверждении он с укором посмотрел на Игоря. На этом Игорю можно было бы эту тему

и закрыть, но он спокойным тоном согласился:

– Да, конечно, не знаю.

Олег продолжил пояснять:

– Ну, вот. А я большую часть своей жизни в моря ходил в «загранки», в основном на танкерах.

Последние годы был старшим помощником капитана, говоря по-нашему – «старпомом», а начинал помощником старшего судового механика. Весь мир посмотрел. За время рейса любой бы одичал, команда состояла из двадцати человек в замкнутом пространстве, вот и матерились. У меня три высших образования, два из них заочные, правда. Когда списался на берег, начал своё дело, открыл большую транспортную компанию. А после того, как дважды компаньоны подставили, у меня два инсульта было. После второго врачи говорили моей жене, что если выживу, то «овощем» стану, а уж ходить точно не смогу. Но она меня выходила.

Свои слова он продолжал периодически скреплять ненормативной лексикой, что побуждало Игоря коротко, про себя, произносить: «Прости ему, Господи!».

После своего пламенного повествования Олег, упершись руками в диван, обиженно отвернул голову к окну и стал разглядывать плавно проплывающие в сумерках окрестности.

В душе Олега зародилась обида: «Не нравится ему, видите ли, как я говорю. И откуда ты такой умник выискался?». Однако, преодолев своё чувство неприязни, он продолжил разговор:

– Вот, как тут не материться? – поинтересовался он, уже подразумевая и обличения Игоря.

– Слава Богу! За то, что Он такую верную спутницу жизни вам даровал, она, с Его помощью, выходила вас.