Вторник, №18 (37), декабрь 2022

В основном из-за отсутствия пресловутого финансирования.

Как было, например, когда мы с Ольгой Мурзиной и досуговым детским центром «Пресня» (нам помогала руководитель его литературной студии Анна Ямпольская) разработали проект разновозрастных мастер-классов от Фестиваля Чуковского и фонда «РАДА»

Или, например, был ещё проект.

Я его назвал строчкой из стихотворения Риммы Казаковой.

«Наше отечество – русский язык».

А посвящён этот проект был пропаганде русского языка и современной отечественной детской литературы.

Естественно, силами Фестиваля Чуковского.

Причём не только на территории Москвы, области и России, но и по всему пространству ближнего и дальнего зарубежья.

Со всеми его русскоязычными сегментами, анклавами и диаспорами…

    Продолжение следует

Ивет АЛЕКСАНДЕР

Крепость моего целомудрия

Новелла

Часть 1

Ночь сумбура. Трезвый взгляд на вещи, или Утро леднёвской казни

Все, как всегда, смеялись над анекдотами Кирилла.

Все, кроме этого нового парня, которого привела Леднёва. Казалось, у него не было чувства юмора, ну или оно было, но где-то на уровне кончиков его пальцев.

Мы стояли рядом, спиной к барной стойке, лицом к Кириллу и нашим ребятам – я, Леднёва и между нами этот её новый поклонник, ну или кто он там ей был. (Она вообще мало в чём разбирается хорошо, а в парнях так точно ничего не соображает, то есть вообще. Каждый следующий – очередная слёзная ошибка.)

К бару всё время кто-то подходил и уходил с напитками, но посторонних среди них не было, так как для празднования своего дня рождения наш однокурсник Арсен Аданец закрыл популярный в городе молодёжный клаб «Запасной Выход», которым владел его отец.

Всё было прикольно, пока во время нашего всеобщего хохота над анекдотами мне вдруг не показалось, что моего локтя кто-то легонечко касается. Раз, другой… Я обернулась, решив, что это происходит не случайно. И я была права. Это был он, леднёвский непонятно кто. Он не смеялся совсем. Он смотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, однако ничего не говорил. Но когда он в очередной раз нагло дотронулся до моей руки, я резко развернулась и, уставившись на него в упор, прошипела:

– Тебе чего?

Я посмотрела на Леднёву, мол, займись. Но ей было не до него. Она давилась со смеху. Ну не до такой же отрешённости в самом деле, чтобы забыть про того, с кем пришла? Хотя, конечно, не одна она была подвержена обаянию Кирилла.