Великая Игра: три души, два мира

– Немедленно возвращайтесь в загон, – проговорила строго старейшина, но в её голосе проскальзывали робкие нотки – я заверила ваших родителей, что с вами ничего не случится пока они не приползут сюда. Ну, а мы поползли собирать. – обратилась она уже к дочери и первая поползла в сторону от загона.

Фанал тоже поползла за ней, понурив голову и с тревогой глядя на меня. Не торопясь, мы добрались до поляны, за это время я немного подремала. Здесь мы были не одни, ещё несколько таких же ламий ползали по траве и что-то собирали.

Меня положили в мох на середине полянки, рядом рос цветок с большим, закрытым бутоном. Вскоре бутон раскрылся и оказалось, что цветок до пояса был девушкой, а ниже пояса – стебелёк с листочками, всё как полагается у цветка. Девушка-цветок увидела меня и открыла рот, но так испугалась, что не издала ни звука.

– Простите, что напугали вас. – быстро подползла старейшина, Фанал что-то собирала поодаль – Это всего лишь ребёнок, моя дочь приняла его за своего нага, он, видно, лежал под древом, под которым мы делаем свои кладки, в скорлупках от её яйца.

 – робость, кажется, была её второй натурой, и как она стала старейшиной? – Позволите ли вы как обычно взять с вас росу?

– Ну да. – девушка-цветок внимательно выслушала её – Вам повезло, вы можете быстро поменять место жительства, а нам, чтобы передвинуться, требуются годы.

– А можно взять немного вашей росы для него сейчас? – старейшина перебирала руками около груди.

– Вы что, думаете, – цветок прикрыла свой бутон – я буду подкармливать это существо? Я слышала, что ваш вид почти полностью истребили, а это значит, что люди пойдут дальше в лес, придёт конец и нашему виду.

Что вы тут будете делать?

– Пока ничего, – ламия грустно вздохнула – до прибытия правителей Апофис. Я до сих пор не знаю, правильно ли я сделала, поступившись свободой, чтобы выжить.

– Давай сделаем так, – цветок снова распахнул лепестки – я дам росу и вам, и ему, а ты мне пообещаешь, что настоишь на том, чтобы отстаивать вместе с Апофис свою территорию.

– Я, конечно, попробую, – ламия вздохнула ещё грустнее – только вряд ли это в их интересах.

Старейшина принесла с собой длинные трубки, сделанные из бамбука. Она подставила одну из них под листик и оттуда потекла роса по срединному углублению. Она наполнила много таких ёмкостей и наклонила один листок ко мне.

– А как ты будешь поить его? – с любопытством перегнулась через лепестки девушка.