Моё крайне необычное лето

И как только покинули его двор, я с такой интригой произнёс, что хочу ему кое-что рассказать. Мы отъехали к полю, где частенько паслись чьи-нибудь коровы, и где в одиночестве пребывало толстое дерево. У дерева мы бросили велосипеды и сели под большой кроной, чья форма походила на шапку гриба. Я поведал про смерть наркомана. И Билли удивился, но он поверил мне! Поверил до того момента, пока я не сказал, что я тоже мог умереть, но меня угостили конфетой и отпустили. Билли отмахнулся шуткой, что, может, у него ещё скоро день рождения, и он тебя пригласил на тортик.

Потом мы поехали на место «убийственной рыбалки». Такое название дал Билли, и пожелал посетить его. Мне было страшно и одновременно жутко интересно.

Без малейших сомнений – ни тела, ни убийцы-рыбака. Никого. Пускай Билли и верил мне наполовину, но его осенила «прекрасная» идея – искупаться в такую жару и поискать труп на дне. Мм, два в одном, отлично. По его догадкам убийца мог скинуть труп в воду, предварительно привязав к нему большой камень.

И когда мы начали нырять, я очень надеялся не наткнуться на труп наркомана, иначе меня судорогой сведёт, и я сам утону.

Я устал от нескольких часов изнурительного плавания. Ещё всё время страх присутствовал, что убийца-рыбак может снова прийти сюда. А вот Билли оказался упёртым: постоянно нырял-выныривал, вылетал из воды как рыба, немного восстанавливал дыхание и обратно под воду. Труп же может быть где угодно, не обязательно в этой части озера. Но смелый Билли не сдавался и продолжал поиски.

Труп не нашёлся. А мы уставшие и голодные. Я предложил Билли поехать ко мне. Бабушка испекла шоколадный пирог.

На пути мы встретили наркоманов с заброшки: Тодда, его подружку, друга и… волосатого наркомана! Да, того самого мёртвого наркомана! Без шуток! Билли тоже заметил его и упрекнул меня в том, что я врун и заставил просто так изнуряться его. Я ничего не ответил Билли, а только ускорился. Они о чём-то спорили, но прервались, когда я остановился напротив них. Тогда Тодд недоброжелательно спросил, что я тут встал.

Я не отвечал. Я уставился на наркомана. Рассматривал его и не мог ничего понять. Его лицо было другим. Проще говоря, чистым, не наркоманским. Будто он уже давно завязал, и его кожа стала нормальной. Я просто спросил: «Ты жив?»

Наркоман странно посмотрел на меня и ответил вопросом на вопрос: «А что, мне надо быть мёртвым?»

Я закивал ему. Подружка Тодда спросила, что я принимал, а сам Тодд велел мне проваливать, иначе врежет.