Память сердца

Мама уже была уверена, что Лялю соблазнил какой-то проходимец, и скоро все они вымрут от болезней, которые принёс в дом этот страшный грязный зверь! Этот хищник поцарапает полированную мебель из карельской берёзы, порвёт итальянские портьеры, разобьёт саксонский фарфор, что с таким трудом доставал отец, а его самого ожидает разрыв сердца, и виной этому будет она – их позорная распутная дочь. Кричала мать, кричала Ляля. А отец, улыбаясь, нежно взял котёнка и понёс его на кухню – кормить. Он поил малыша молоком и грустно, о чём-то о своём, вздыхал.

– Котёнок будет жить здесь, или я уйду из дома, – стояла на своём Ляля.

Мать, никак не ожидавшая от послушной и покладистой дочери такого сопротивления, отступила. Но страх беды поселился в её сердце.

Над строптивой дочкой решили установить тотальный контроль. Тревога поселилась в доме, где отныне беспокойно пахло валерианой, корвалолом и другими лекарствами, а шумные вздохи и шарканье ног по квартире бессонными ночами только усиливали панику.

По утрам в институт Лялю отвозил личный водитель отца.

После занятий на лестнице у входа её ждала мама, надев на себя суровый недовольный вид.

Свобода, не начавшись, закончилась.

– Чую беду, сердцем чую, – плакала Лялина мама мужу, – моё сердце не обманешь. Быть беде.

– Не накликай, – волновался отец, но не из-за дочки.

Как известно, сердце женщины не обманешь. Каким уж чувством – седьмым или десятым, но беду она чувствовала правильно. Только пришло несчастье, откуда не ждали.

Так долго выстраиваемый отцом Ляли мир отношений в торговой отрасли стал разваливаться.

Кто-то, более сильный, начал ломать устоявшиеся правила игры, вытесняя его, постаревшего, из системы внешней торговли. И не просто вытесняя, а подводя под статью. И статью тяжкую.

В силу этих проблем контроль над Лялей ослабили, и она сразу поехала к Игорю. Много дней он встречал любимую после лекций, но она проходила мимо под руку с мамой, лишь изредка кидая на него мимолётные взгляды, полные нежности и отчаяния.

Но мужчины не читают между строк – что бы милая ни пыталась сказать взглядом, она прошла мимо, и это было главное.

– Только бы не забрали, только бы не уехал, – твердила девушка и сжимала кулачки на удачу.

Дверь никто не открыл. Она устало опустилась на скамейку у подъезда и по-детски расплакалась.

Стемнело. На улице захолодало, подул стылый ветер, начал накрапывать дождь.

Игорь не появился. Обречённо, в полном отчаянии, Ляля брела домой.