Память сердца

Сердечко выпрыгивало из груди, не хватало воздуха! Она цеплялась руками за корни деревьев, траву, карабкалась босыми ножками по скользкому берегу, пытаясь выбраться, но силёнок не хватало, и она вновь съезжала вниз, каждый раз всё дальше и дальше от берега.

– Спасите! – крикнула, но получилось тихо, хрипло, и она заплакала, продолжая крепко держаться порезанными в кровь руками за какой-то корешок. Туман становился гуще, уставшее маленькое тельце неистово терзали комары. Река под ногами казалась бездонной.

И вдруг она услышала голос.

– А что ты тут делаешь? – нежданно-негаданно, словно приведение, из тумана вышел мальчик. – Давай руку.

Ия протянула ручонку и судорожно сжала его ладошку – тёплую, мягкую, широкую для такого маленького человечка, и надёжную. Он сопел, пыхтел, но уверенно тащил по обрывистому берегу вверх застрявшую в вязкой грязи незнакомую долговязую девочку.

Они поднялись на луг. Остановились перевести дух.

– Зачем к этому берегу пошла, глупая, здесь же он крутой и слизкий.

– Я… посмотреть хотела, – промямлила Ия и заревела в голос.

– Хватит нюни распускать, – рукавом своей рубашки мальчик заботливо вытер ей слёзы. – У, как тебя комары покусали!

Снял свою курточку и набросил девочке на плечи: «Меня Сашкой зовут, а тебя как?»

Так они познакомились. Саша жил в деревне, что ютилась в стороне от дачного посёлка. Недавно ему исполнилось десять лет, и он считал себя достаточно взрослым. Ия была на год старше.

– Ну, потёпали, – он взял девочку за руку, и она безропотно подчинилась, – а я слышу, вроде котёнок у воды пищит, а это ты… смешная такая… босая и по уши грязная…

Дома рыдала мама, суетились соседи, пахло валерьянкой и неустанно звонил телефон.

Командовал поисками ребёнка Вадим Сергеевич. «Ах, ты ж негодница!», – закричал было он, увидев Ию, но его перебил радостный материнский вопль. Поднялась суматоха, и на Сашку никто не обращал внимания. Он бы, конечно, уже ушёл, но надо было забрать свою курточку.

– Это Саша меня спас, – постоянно повторяла, рассказывая про свои злоключения, Ия, и мальчика, наконец-то, соизволили заметить. Вадим Сергеевич, бросив на него высокомерный оценивающий взгляд, великодушно кивнул и, небрежно всучив в руки куртку, выпроводил вон: «Иди домой, мальчик, иди домой – не до тебя сейчас».

– Зачем вы так – если бы не он, я бы утонула! – закричала, обидевшись, падчерица, и побежала следом: «Саша, Саша, приходи ко мне завтра.