Я всегда буду помнить о тебе…

И снова:

– Единственный сын… Такой красавец…

А через некоторое время опять:

– Саша, родной ты мой! – и свет неземной отразился в ее улыбке…

***

Эту драму знали немногие в нашей родне, но за два месяца до своей кончины мама почему-то вспомнила ее со всеми подробностями и заново рассказала мне обо всем, уже более обстоятельно. Именно тогда я поняла, что трагические события почти пятидесятилетней давности никогда не угасали в ее памяти, но, напротив, на протяжении всей жизни тревожили сознание и будоражили воображение.

Она часто мысленно возвращалась к ним, не подозревая, что эта драма, пережитая ею в первые годы замужества, окажется самым главным воспоминанием в последние дни ее земной жизни и затмит все остальное, чем она дорожила, заслонив даже образы тех, кого она так нежно и бескорыстно любила все эти годы.

Вот эта таинственная история.

…Молодая, необыкновенно красивая женщина ослепла. Она лежала в больничной палате с плотно задернутыми шторами, куда не проникал ни единый лучик света.

Глазное давление было выше нормы настолько, что врачи созвали консилиум профессоров.

Ей угрожала смерть. Все осложнялось тем, что она была на последнем месяце беременности, но рожать для нее означало «умереть!».

г. Свердловск. 1956 год. Молодые супруги Кутины, только что закончившие Уральский политехнический институт.

Фото из семейного архива

Врачи практически вынесли ей приговор: если она не откажется от ребенка, то исход будет трагическим; у нее уже отошла сетчатка глаз, и роды она, в прямом смысле, не переживет.

Муж ослепшей больной – молодой мужчина, главный инженер местного цементного завода, на который они вместе с любимой Томочкой недавно приехали работать по распределению – нервно топтался у стен кабинета, где уже несколько часов кряду заседали светила медицины.

Молодые супруги только что закончили Уральский политехнический институт в Свердловске – учились в одной группе. Они очень любили друг друга, а совсем недавно у них родилась дочка, их первенец, и им бы еще жить да жить, ни о чем не печалясь…

Но вот врачи пригласили в свой кабинет Александра.

– Выбирайте: жена или ребенок! – вопрос не оставлял никаких надежд.

Слезы предательски заслонили глаза, но, совладав с собой, он медленно проговорил:

– У меня уже есть дочь. Спасайте жену.

Пока он не знал, что у него должен был родиться сын. А ведь они с Томочкой так ждали этого ребенка.