На горизонте Мраморного моря

Толи уважение, толи зависть, толи удовлетворение от того, что я одумался. В общем, они смотрят на меня, как на счастливчика. Но я не могу назвать себя таковым. Я вижу лишь, что меня так и не поняли. Я стал еще более чужим для них. Я остался здесь наедине с собой, со своими мыслями и со своим товаром. Утешаю себя тем, что нашел новое место под солнцем, но на этом месте не ощущаю солнечного тепла. Наверное, моя история жизни и любви похожа на многие своей грустной концовкой. – Гриша замолчал.

– Грусть, иногда, совсем не плохо, – вступил Гройзберг задумчиво.

 – Кто умеет грустить, не глупый, а возможно, и счастливый человек. Люди с ярко выраженным восторгом или с затяжной лучащейся радостью на лицах, никогда не внушали мне доверия. В самый неподходящий момент они примутся душераздирающе рыдать. А что, до ваших лавстори, по совести говоря, они мне не по душе. Бродящий в нас гормон, если дать ему волю, способен принести массу проблем. Опасно то, что самое бурное его цветение приходится на неопытную юность. Время, когда о жизни больше мечтаем, чем знаем ее. Не видим подоплеки вещей. Выдумываем что-то, а потом лелеем. Придется еще больно ушибиться этим фантазерам с нежными лицами. Но на то она и молодость. Кто-то из древних, верно подметил, сравнив любовь с корью. В свое время, она – норма, закон природы. Человек, как животное, обладает инстинктом к продолжению рода. Но человек существо умственно высокоразвитое, поэтому ему скучно просто делать то, что в него заложено на уровне программы. Он наделил свой инстинкт ореолом таинственности и необыкновенности. Он, до сих пор, смакует неразгаданность этого якобы чуда. Я, для такого, просто пошляк и сухарь. Ведь гены, гормоны, биология и математика отнюдь не овеяны сказочным флером. Это так скучно, для большинства. А осознавать себя способным на чудо, это же так лестно!

Посмотрите, как это обычно случается. Когда, так называемая, любовь приходит, люди, по своему сознанию, еще дети. Но им уже надоели детские игры.

Они хотят чувствовать себя взрослыми, и им кажется, что они справятся с этой ролью не хуже родителей. Забродивший в мальчиках гормон зовет их на подвиги. Близость с женщиной, для них, – самый желанный плод. И сладострастие и самоутверждение. Какой юнец воздержится от такой игры? А чем больше девчонка и парень набиты романтической чепухой, пусть литературной, пусть, просто, красивыми историями, тем больше они будут сходить с ума в чувственных излияниях.