Отражения, тени и сны

А клоуны остались…

Уехал цирк, а мы с тобой остались —

Смеяться, и рыдать, и слёзы утирать,

И жить потом без слёз – такая жалость,

Без них дышать нельзя и страшно умирать.

Да Бог с ним, с цирком, пусть он катит дальше —

Везёт по миру фокусы и блеск,

И рык зверей, и скрип афиш бумажных,

И барабанов неумолчный треск!

А мы с тобой остались в чистом поле,

Где только что стоял большой шатёр!

И глаз счастливый блеск, и крики боли:

Всё нам! Мы – клоуны с тех пор… и до сих пор!

    2017 г.

Чужая боль

Всегда в ответе мы за чью-то боль.

Коснёмся второпях, неосторожно,

Заденем невзначай, и даже невозможно

Нам разглядеть в толпе – кто шут, а кто король,

Кто Белоснежка, кто Железный Феликс,

Кто в латах, кто до сердца обнажён,

Кому законом Бог, кому-то Бог – закон,

Кто так велик, кто виден еле-еле…

А боль всегда кричит, и кровоточит рана,

Умышленно она нанесена иль нет,

Пройдут ли мимо, извинятся ли в ответ —

Боль остаётся болью, вот что странно…

    2019 г.

Старый альбом

Возьмите в руки альбом,

Тот старый-старый альбом,

Где папа с мамой улыбаются вдвоём —

И с пожелтевших листов

Летят обрывки стихов,

Летят мелодии давно забытых снов…

В руке томится рука,

Дрожат ресницы слегка,

И жизнь вдвоём так безмятежна и легка…

Там лица, лица вокруг

Родных, друзей и подруг —

И в жизнь ушедшую открылась дверца вдруг.

А на последнем листе,

На пожелтевшем листе

Сирени гроздь под солнцем тянется к воде…

На обороте прочти:

«Прости, родная, прости!

Но что ж поделать, нам теперь не по пути…»

    2019 г.

Шаги

Чьи-то шаги послышались…

Лёгкой руки касание…

Занавесь чуть колышется…

Кто же прервёт молчание?

Ты ли ко мне, чудесница,

Муза Эрато нежная?..

И по чудесной лестнице

Песня течёт безбрежная!

Лишь не спугнуть бы странницу!

Может, свершит желание?

Может, она останется?

    2017 г.