Вторник №17 (36), декабрь 2021

На протяжении более чем сорока дней подряд…

И – на фоне этой безумной жары происходила смена бухгалтера Союза писателей Москвы.

Людмилы Алексашиной.

Которая проработала в Союзе около пары лет.

Будучи женщиной темноватой, происходившая из очень простой семьи и выбившаяся на излёте советской жизни из лимитчицы в москвички, она, очутившись в гуще совсем незнакомого ей мира, тянулась к свету.

Как могла и умела.

Пытаясь найти его приветные лучи в посещении Малого и Большого залов ЦДЛ.

В чтении книжек, полученных в подарок от ставших ей знакомыми писателей – членов СПМ.

Совмещала она эти регулярные духовные искания с периодической бытовой словесной несдержанностью.

Иначе говоря, с бесконтрольно-поточной матерной бранью.

От коей перепадало в основном мне.

Обсыпаемому госпожой Алексашиной посредством обсценной лексики в случае любых моих к ней обращений, представляющих, по её мнению, для неё хоть какие-то лишние телодвижения…

Потому как мне гораздо больше всех других-прочих представителей Союза писателей Москвы приходилось с ней общаться.

Вынужденно докучая ей.

Телефонно и живьём.

Ибо, во-первых, Фестиваль Чуковского был самым крупным проектом СПМ.

А во-вторых, Людмила Николаевна в те же годы сделалась и бухгалтером Фонда «РАДА»…

В тех же случаях, когда дела складывались привычно и штатно, Людмила Николаевна общалась со мной вполне по-человечески.

Даже с некоторой преувеличенной уважительностью.

Переходящей в почти карикатурную почтительность…

Людмила Николаевна Алексашина была женщина тучная.

С явно запущенным физическим телом.

Несмотря на то, что лет ей было не так уж много.

Пятьдесят пять ей, помнится, исполнилось при мне…

До поры до времени Людмила Николаевна к врачам не ходила.

А тут припёрло.

И – выяснилось, что она больна.

Тяжело.

Настолько, что это оказалось несовместимо с какой бы то ни было работой…

Ну и пришлось мне заниматься поисками нового эспээмовского бухгалтера.

С опытом работы в общественных организациях.

Нашёл я через дальних знакомых одну очень симпатичную тётеньку.

Притащил на встречу с первым секретарём Союза писателей Москвы Сидоровым.

Вроде обо всём договорились.

Но через день тётенька отказалась.

Так внятно и не объяснив причину отказа…

Это было поздней весной.

Ещё до ужасающей беспрецедентной летней жары 2010 года…

Когда Женя Доброва бросила клич в Интернете.