Река

На том родители вдоволь удовлетворяли родительскую любовь. Любил лизаться. Ну и мама с папой млели от его объятий и поцелуев. Вроде бы братья. От одних корней. А характеры с детства отличались. Мать рассказывала: Влад с годика норовил хватать ложку и черпать кашу, теряя половину и размазывая по щекам. При этом пресекал всякую помощь криком

– Сям!

Маратик кушал по – другому. Брал в одну руку стакан с молоком, в другую булку и приказывал: «Кормить!». Да и ели они по – разному. Влад капризничал, многого не любил.

Маратик сметал всё подряд.

Росли они в семье морского офицера. Влад появился на свет еще во время войны. В феврале сорок пятого. В после блокадном Ленинграде. Маратик там же через три с половиной года.

Когда были маленькими, а потом школьниками, они не понимали, как им повезло расти в полной семье, с мамой и папой, в относительном достатке. Ведь половина семей вокруг, а то и больше, были без отцов, выбитых нещадной войной. Намного позже, когда отец в круглые даты окончания Отечественной приглашался на праздничные торжества в Севастополь, в училище им.

Нахимова, до них начала доходить правда. Правда о том, как мало шансов было у них появиться на свет! Отец был выпускником училища 1941 года. Уже под налетами фашистской авиации курсанты в ускоренном режиме сдавали последние экзамены, получали лейтенантские погоны, и военными эшелонами направлялись на фронт. Так вот, когда на 20-летие Победы съехались бывшие выпускники, им огласили безжалостную статистику об их выпуске. Из более трех тысяч выпускников на конец войны в живых числилось 312 человек… Один из десяти дожил до победы.

Так что детство было по тем мерка вполне благополучным, интересным, и как поется в советских песнях, счастливым.

Вот Маратик качается на деревянной лошадке. Отец за столом с коллегами по работе, как и он, морскими офицерами. Мама накрывает на стол. Один из гостей спрашивает Маратика:

–А кем ты будешь, когда вырастешь?

–Казаком!

–А делать что будешь?

–На лошадке поскачу – поскачу.

На гармошке поиграю – поиграю. Покушаю и спать лягу, – бойко отвечает братишка, продолжая изображать казака.

–Ну а за лошадкой кто ухаживать станет? Чистить, мыть, кормить?

Маратик не долго думал:

– А это – мама.

Вот так наметил он генеральную линию жизни. И не сильно от нее отклонялся.

А Влад с окончанием школы решил, что родители для него всё уже сделали. Родили, одели, обули и выкормили. В институт он поступил. Отец с матерью выделили ему мат.