Пятеро

У меня была такая несуразная, сбивчивая речь, из-за чего я жадно глотал ртом воздух, прерывал фразы на середине. Много думал, слишком много для того, чтоб дать простой ответ. ? Быть может… я с большим трудом, но поверю в эту вашу небылицу, потому что ваше лицо мне кажется до ужаса знакомым, а их? Их я тоже знаю? ? Мне было несвойственно тараторить, но я почему-то не мог по-другому. Каждая мысль, которая возникала у меня в уме, со скоростью света перемещалась на уста. Я не мог это остановить.

Женщина будто дергала за ниточки и вытягивала из меня все одним только взглядом. Я был ее марионеткой.

Вдруг выражение лица ее исказилось. В ее зеленых глазах пробежала ночная тень презрения. Она разочаровалась в моем вопросе. Она устало с пренебрежением махнула в сторону остальных четверых.

– Эти-то? Да они и сами не знают. Но так неинтересно. ? Она достала откуда-то сигарету и закурила. Мне отчетливо запомнилось, с каким утонченным изяществом она встряхивала сигарету, затягивалась и с упоением впивалась в меня своим испепеляющим взором.

? Ты правда меня не помнишь, дорогой? Ты уверен в этом?

Я сопоставлял ее черты с расплывчатыми образами, возникавшими у меня в голове: ее голос, ее лицо, но она была для меня тайной, сокрытой завесой потустороннего

– Пожалуй, в этот раз все будет немного иначе. Пойду на крайние меры, так сказать, ? она в ожидании посмотрела на меня томным взглядом. ? Я не буду рассказывать тебе все, как в предыдущих наших беседах, нет.

Вместо этого, я продолжу то, на чем мы остановились. Единственное, я скажу тебе свое имя, дабы облегчить твои страдания.

И она замолчала. Она надеялась, что я опережу ее, скажу то, что она хочет услышать, но я попросту не мог. Ком застрял в горле. Мне стало тошно, душно, голова заходила кругом, руки начали меня подводить, я не контролировал свои трясущиеся пальцы. Я ощущал, как мой лоб покрылся испариной.

Еще чуть-чуть и я бы задохнулся, если бы не резкий поток свежего воздуха. Такого ледяного и приятного. В одно мгновение на моем пороге стояла смерть, в следующее ? меня наполняло жизнью.

– Но для начала. Скажи мне, как ты себя именуешь? ? Я был уверен, что она надо мной издевается, потому что это явно доставляло ей удовольствие. Она проникала ко мне в голову и, видя, что там пусто, вскрывала истину, за которой я так гнался.