А кто не пьет?

Иногда светлого пива не было, и народу приходилось давиться «Бархатным» – темное пиво было не в почете.

А что с вином? Здесь уже было какое-то разнообразие. «Бормотуха», «Чернила», «Огнетушитель»… О чем это? Ветераны алкогольного фронта отлично знают, что речь идет о портвейне. Напиток ужасный, но истинно народный. Веничка Ерофеев в своей бессмертной поэме «Москва – Петушки» (не читали? – жизнь прожита зря!) писал: «Мы жили душа в душу, и ссор не было никаких. Если кто-нибудь хотел пить портвейн, он вставал и говорил: «Ребята, я хочу пить портвейн».

А все говорили: «Хорошо. Пей портвейн. Мы тоже будем с тобой пить портвейн».

Я помню, что портвейн был дешев и крепок. 18, кажется, градусов было вполне достаточно, что сделать кампанию малознакомых людей старыми друзьями. Весело было в день пития, зато на следующий день… лучше не вспоминать. А что мы помним?

В памяти остался лишь один сорт портвейна – «777», или «Три топора», как его звали в народе. А ведь портвейнов. было много – белый, розовый, красный, и выпускали его в различных республиках Советского Союза.

В отличие от настоящего, португальского портвейна в вино добавляли не коньячный, а водочный спирт. И получалось что-то типа «Агдама» – эта марка тоже навеки вошла в душу. Портвейны разливали в Армении, Грузии, Молдавии, Украине. Одним из самых «титулованных» был «Акстафа» – 18 «оборотов», 3 года выдержки и 9 медалей. В приличных кампаниях пьянством занимались в окружении бутылок портвейна «Массандра».

В 70-е годы в нашей стране появился чёрный портвейн «Порто» в пузатой бутылке с вогнутым донышком. И мы узнали, как на самом деле пьется настоящий портвейн!

У нас было свое понятие о жизни. Например, что такое счастье? Это свобода. А что такое свобода? Это возможность выпить в любое время суток. Мало того, что в винных магазинах был дефицит «горючего» для уставшего за день организма, так еще и работали они строго по графику – с 11 утра до 7 часов вечера. Счастья не бывает много.

За всю жизнь в СССР по настоящему я испытывал счастье целых три раза, и всегда – за пределами России.

– Дают!

Этот клич поднимал в атаку многочисленные батальоны борцов с трезвостью. Никто не спрашивал, что дают, и так было ясно – пиво! Какое пиво – тоже мало интересовало, тут главное – сколько дают в одни руки, и хватит ли напитка на всех жаждущих.

Итак, впервые я испытал радостный миг счастья, находясь в отпуске в городе-герое Киеве.