Не Лолита

– Ну как? Согласна? Мне кажется, 3 месяца практики, и еще 6 месяцев работы – это хорошая проверка для меня.

Я кивнула в ответ. И этим дала ему полное согласие на то, чтобы он проник, пролез, протиснулся, влился в каждый сантиметр моей жизни. Сейчас я понимаю, что именно он пробудил во мне женщину, открыл двери в настоящую жизнь, полную эмоций, чувств и желаний. И, да, я ему благодарна. Бесконечно. Даже несмотря на то, что это пробуждение во мне настоящей женщины, меня и погубило. Но, обо всем по порядку.

Андрей не делал никаких шагов – он просто стал каждый день провожать меня до дома: ни намеков, ни прикасаний, ни приглашений.

Он просто возил меня каждый день домой – ровно 6 месяцев. А потом, в один из таких дней, когда мы, в очередной раз, подъехали к моему дому – и я увидела, что папа стоит и смотрит на машину в упор, -Андрей спокойно вышел из нее, и подойдя, к моему отцу, протянул ему руку и сказал: «Я Андрей. Руководитель предприятия, на котором работает ваша прекрасная дочь. И я хочу на ней жениться».

Мир рухнул- я видела глаза отца, мои руки тряслись, я просто потеряла дар речи. Я даже и предположить не могла – что мой начальник может так поступить.

Позже, когда мы уже были женаты не один год, мой супруг ответил, что увидя меня, и немного изучив мое поведение и повадки, он понял – что единственный шанс —это тихо и ненавязчиво научить меня привыкнуть к нему – просто привыкнуть, больше ни шага – иначе все – испуганная девушка навсегда исчезнет из его жизни. На вопрос, почему он выбрал именно такую тактику в отношении отца – Андрей, смеясь сказал, что, единственная стратегия, которая могла бы подействовать на моего отца – это мгновенное нападение.

В тот вечер мой папа, действительно, не знал, что сказать. Зато, когда черная машина отъехала от дома, Айсель побежала в подъезд, чтобы укрыться от гнева отца под крылом эбики Назифы.

В тот вечер папа наговорил мне столько обидных слов, что после этого хотелось собрать сумки и уехать.

– Не смей на нее кричать! – Эбика закрывала меня собой.

– Она превратилась в шлюху! – кричал отец.

– Замолчи, замолчи, – эбика начала калашматить моего отца, чего раньше я не видела. – Он попросил ее руки! Это благородно! – Эбика закрыла меня в комнате. Потом все стихло – только хлопнула входная дверь. Ушел. Снова ушел.

Я прорыдала всю ночь, а эбика сидела рядом. Правда, когда она зашла ко мне в комнату, ее лицо было сурово, и я понимала, о чем она хочет меня спросить.