Моя принцесса. Рассказы из жизни и о жизни

– Ну не знаю…

– Слушай, мужик, а ты бы поехал со мной, если бы я на вокзал тебя на велосипеде повёз? Велосипедистам ведь на права не нужно сдавать. Хоть ты слепой, хоть глухой – езди везде, главное, чтобы ноги с руками целые были.

– Н-н-не знаю.

– И никто не знает – вот в чем проблема. Да и велосипеда у меня вообще-то нет. Приехали, выходи.

Рассчитавшись с таксистом, я подхватил чемодан и неожиданно услышал за спиной:

– Ты смотри, не опоздай, а то плохо будет.

– Не опоздаю, у меня тридцать минут в запасе, – успокоил я его и махнул на прощание рукой.

Таксист, хоть и громогласный, рассуждал трезво.

В здании вокзала взгляд прежде всего уперся в огромное табло. Нужный размер для пассажиров с любой остротой зрения. Зрение у меня хорошее, но узать, на на какой путь прибывает поезд, не лишее. Дойдя до строчки Иваново – Свибург, путь 6, я взглянул на часы: в запасе оставалось около получаса. Тут перед глазами неожиданно мелькнула утренняя кассирша Таню, внезапно исчезнувшая днём.

Рука, помимо воли, поднялась в приветственном жесте. Она, приняв невольный взмах за приглашение, двинулась в мою сторону. Странно, никаких признаков беременности у неё заметно не было.

– Мне сказали, вы ушли в декретный отпуск…

– Я как раз туда иду, – Таня весело смотрела на меня, – до завтра, наверное, дойду. А вы в командировку?

– Да.

– Что ж вы через Варшаву не поехали? В дальних поездах хорошо думается и пишется. Время много для творчества. Вы же писатель?

– Нет, журналист.

Через Варшаву меня начальство не отпустило. – Пришлось подлаживаться под предложенный ритм разговора. Небольшая ложь в ответ на зайца-католика с непонятными яйцами.

– Вы начальство и не спрашивали. Почему только мужчины постоянно врут? Можно меня обмануть, но себя-то не обманешь.

– У меня мало времени, нужно закончить большую статью, а тут это внеочередное задание… – промямлил я. Не люблю оправдываться, но молодая женщина сбила ритм общения. Неожиданно для меня.

– Так за работой и о себе подумать некогда, бедненький вы, бедненький, – Таня с сочувствием взглянула на меня.

 – Так и жизнь провороните, а как умирать станете, вспомните, что и не жили толком.

– Таня, извините, мне на поезд пора. Прощайте. – Намек на скоротечность моей жизни явно преувеличен. Пора действительно прощаться. Хорошо бы, навсегда.

– Прощайте, Олег. Будьте счастливы и внимательны, а то не увидите главного в жизни.

Я развернулся и зашагал к выходу на перрон.