Журфак

– Да нет, не надо нам помогать! Сами мы все сделаем, я просто веду к тому, чтобы ты меня отпустила, – заключил Слонов.

– Ну иди. Я за вечер без тебя не умру, – сказала Елена Михайловна, собираясь вернуться к раковине.

– В том-то все и дело! – оживился Слонов. – Я уйду к Сашке дня на три, дома у него никого нет, да и к тому же – день рождения: сначала один день будем все готовить, потом день гулять, третий – убирать…

– Чего? – перебила его мать. – На сколько? На три дня? Да ты что, с ума сошел? А университет? А учеба? – начиная заводиться, выдала Елена Михайловна.

– Стоп! – обрубил Слонов. – Мам, я все понимаю, вечная проблема отцов и детей, – улыбнувшись, сказал он. – Но сама рассуди. Сегодня пятница, была одна пара, то есть целый день свободный. За сегодня мы все приготовим. Завтра суббота. Если ты помнишь, то мы не учимся, отгуляем, а в воскресенье мы с Петровым мобилизуем все силы на уборку «разоренной» квартиры. И к вечеру я уже буду дома создавать иллюзию грызения гранита науки! Все просто! – ослепительно улыбаясь и делая акцент на последней фразе, объяснил Слонов.

Слова сына были настолько убедительны, что Елена Михайловна не нашла ничего другого, как сказать:

– Ну, ладно, иди.

Но все же, чтобы напомнить сыну, кто есть кто, она ненавязчиво добавила с ослепительной улыбкой:

– Только перед тем, как уйдешь, вынеси ведро. И прогуляй-ка, дружок, собачку.

– О, нет! Ну так всегда!!! Мам, я уже собрался. Может, я…

– Хкм, – кашлянул как бы невзначай из зала отец.

«Ну ладно. Надо, так надо. Конечно. Приказы не обсуждаются», – потерянно подумал Слонов и крикнул:

– Джина, гулять!

Услышав магическое слово, ирландский сеттер двух лет, не медля ни секунды, метнулся в коридор, барабаня коготками по линолеуму. Взяв ведро, они вышли.

Иногда Джинкины прогулки совпадали с выгулом всех собак, живущих в близлежащих домах. Свора обычно резвилась на небольшом поле, а стайка собачатников теплым кружком беседовала невдалеке, регулярно выслушивая красноречивые высказывания от жильцов тех же близлежащих домов, типа: «Прохода нет от ваших шавок!», или «Развели тут псарню!», или того круче: «Все дворы загадили, теперь и за наш взялись!».

Но хозяева собак были настоящими фанатами своего «дела» и ради своих четвероногих готовы были снести и не такое. Так случилось и на этот раз. Джинка стремительно рванулась к резвящейся своре, в беспамятстве задирая лапы выше ушей.