Рисую буквами. История Жанны и её необыкновенной семьи

Шум новогодней ярмарки и моё смятение распространились повсюду. Я лежала на холодном асфальте, вставать не хотелось. Небо было таким тяжёлым и страшным.

– Девушка, с вами всё в порядке?

Мой взгляд сфокусировался на парне, и меня как будто током ударило. Я ошарашенно подскочила:

– Алансонский?!

Удивление зажглось в его глазах:

– Откуда вы знаете мою фамилию? Мы знакомы?

– Скажи, а Жанну д’Арк сожгли на костре?

Парень звонко рассмеялся. Мой принц.

– Что вы, эта легендарная девушка одержала столько побед и прожила долгую жизнь.

– А мы с тобой?

– Простите?

– Прощаю, чего смотришь так? Пойдём «проживать».

Про двойку. 14 марта 2019 года

В детстве всё воспринимается по-другому. Многие сложные вещи принимаются детьми слишком просто, а простые, наоборот, с жуткими страданиями.

Я думаю, что у каждого из нас был поступок, из-за которого пришлось испытать сильные эмоции: панику, стыд, страх, – а теперь вспоминаем – и смешно.

Тогда же казалось, что всё, мир рухнул. Вот прям на глазах.

Мне было лет девять, когда я из школы принесла двойку. Не грибы из леса, не шишки. Хотя как посмотреть – первая больная шишка, наверно.

Я тащила её домой, как будто она весила килограмм двадцать. Мне казалось, что все прохожие знают про мой груз, я прятала глаза от стыда. Сердце прыгало, словно зайчик на поляне. Мне хотелось быстрее прийти домой, чтобы поругали, поэтому я с порога крикнула:

– Мам, я двойку сегодня получила!

Мама тут же прибежала на крик, я нетерпеливо ждала час расплаты.

– Ты поэтому бледная такая? Ну получила и получила. Ничего страшного, исправишь.

– Что?! Ты не поняла: я получила двойку!

Мама улыбнулась, хотела обнять, а я убежала в свою комнату и начала реветь. Хотя не медведь совсем. Но ревела дико, взахлёб, до икоты.

Пока папа не вернулся домой с работы.

– Доча, двойка – это очень плохо. Как так получилось вообще?

– Понимаешь, пап, я думала, что тему поняла, а оказывается, нет.

– Теперь придётся учить и исправлять.

– Пап, ты улыбаешься, что ли?

– Я? Нет. Дочь домой двойку принесла – смешного мало.

Я перебралась к нему на колени.

– Пап, я исправлю, ты не переживай только.

– Я верю. А вообще ты знаешь, какая у меня?

– Какая?

– Самая умная на свете. Только не плачь больше.

– Не буду. Пойду учить.

Думаешь, я улыбнулась тогда? Нет, строгое лицо немедведя пошло грызть гранит науки.