Различные миры моей души. Том 3. Сборник повестей

Инспектор хотел что-то сказать, но я подхватила его под руку и чуть не силой выволокла за дверь.

Оказавшись в коридоре, он вырвал свою руку и грозно прошипел мне в лицо:

– Что вы себе позволяете?

А я спокойно отошла от дверей, давая выйти старичку-доктору.

– Вы уже увидели, что хотели, – неприязненно сказала я. – У этого молодца по какой-то причине чердак съехал. Не так ли? – обернулась я к доктору.

Тот поморщился от моей прямоты.

– Если говорить грубо, вы правы, – нехотя сказал он. – Однако я поговорил со своим другом.

Он увлекается историей…

– И что? – поторопила я. Мне не хотелось слышать очередные исторические байки: за эту неделю я наслушалась столько, сколько не слышала за всю свою жизнь. – Что он вам сказал?

– Он очень заинтересовался и молодым человеком, и его рассказом. Если коротко, он пообщался по интернету с кем-то из профессоров… Словом, на первый взгляд, заочно, по фотографиям, что я им выслал, и рассказу молодого человека, который я передал, они считают, что одежда и оружие могут быть подлинными.

Мой знакомый просил передать ему образцы для экспертизы…

– Вы куда-то выслали шпагу и мундир? – возмущённо вскричал инспектор.

Доктор оскорблено посмотрел на него.

– Я отослал образцы. И вы меня очень обяжете, Жоао, если перестанете во всех и каждом видеть врагов.

Он помолчал.

– Я не понимаю, зачем вы привезли сюда сеньору, – он кивнул на меня, – но я вам сегодня и вашему подручному вчера сообщил уже, что никакая машина никогда этого молодого человека не сбивала.

Ваш молодой коллега был очень любезен и отбуксировал машину сеньоры к вам. Вы подняли с постели, кого могли, чтобы провести всякие ваши полицейские экспертизы. Как будто убийство Кеннеди расследуете! – Я поразилась: старичок-доктор верно охарактеризовал бурю в стакане воды, поднятую этим грубым альгвазилом. – И что? – продолжал врач. – Нашли вы что-нибудь? Анализы сеньоры я с вашим коллегой ещё вчера передал. За ночь ничего не изменилось. А сейчас, – добавил он надменно, – если у вас нет вопросов, я пойду по своим делам. Я, знаете ли, на работе. Больные ждут.

И, не ожидая ответа, он холодно кивнул и не спеша удалился. Я удивилась его походке: сейчас он шёл, ну ни дать, ни взять – Цезарь в сенате!

Я проводила его взглядом и повернулась к инспектору. Странно, но отповедь старичка не привела его в бешенство, как я ожидала. Он задумчиво смотрел в пространство, не обращая внимания ни на что.

– Ну как? – спросила я, оторвав его от раздумий.